Получалось так, что надо было ехать самому, потому что только ему да отцу своему, великому государю, юный Димитрий во всем отвечал честно и без утайки. Остальным же… Как-то уж так получилось, что остальные просто не рисковали.

— Ступай себе с Богом, Андрей.

По прошествии всего десяти дней митрополит Московский и всея Руси Макарий вступил под своды Покровского собора, отстроенного в белокаменном кремле Александровской слободы лишь полвека назад. Оглядел внутренние порталы, украшенные искусной резьбой, полюбовался сочными красками фресок, после чего перевел взгляд на коленопреклоненную фигурку сереброволосого мальчика.

— Давно ли царевич в молитве, сын мой?

Подскочивший сотник чернокафтанной стражи получил ожидаемое им благословение, после чего с неподдельным почтением в голосе ответил:

— За малым к началу не успели, владыко."

"Еще раз осмотрев внутренности собора, архипастырь перенес свое внимание на обрадованных его приездом местных священников, позволив им уговорить себя на малый отдых после хоть и недолгого, но все же пути. Впрочем, праздность его не затянулась: во-первых, Макарий ее не любил, а во-вторых, у него хватало важных дел и в Москве.

— Отче.

Приняв пожелания долго здравствовать, восьмидесятилетний (а скоро и еще один год добавится в копилку жизни!) старец оглядел наследника престола, по своему обыкновению мягко улыбнулся и отметил:

— Подрос.

— Разве что самую малость, отче.

Моментально догадавшийся, в чем причина их встречи, царственный отрок развеял все опасения (замаскированные под легкое недоумение) иерарха церкви насчет скотьих костей — как оказалось, костяная зола нужна для выделки доброго фарфора. Более того, предупреждая возможные затруднения митрополита, юный наставник сам предложил ему «немного посидеть» на одном из уроков, а перед самым началом занятий, резким жестом утихомирив возбужденно-почтительные перешептывания своих учеников, подошел и легко склонился перед Макарием.

— Отче, благослови развеять тьму невежества и суеверий.

— Гм… Благословляю, сыне.

Вернувшись на свое место, первенец великого государя мимоходом приказал:

— Нафан, раздай тетради.

Тут же один из недорослей подхватил в руки стопку малых книжиц и быстро пробежал по светлице, раскидывая свою ношу на узкие столы, за которыми сидели остальные ученики.

— Я доволен вашими умениями в письме и числах. Поэтому сегодня мы начнем узнавать новое. То самое, что станет вашим делом на всю оставшуюся жизнь.

В установившейся тишине государь-наследник прошелся по светлице, остановился и провозгласил:

— Итак, следующие два года вы будете изучать искусство извлечения металлов из руд, сиречь металлургию.