Заведовать ею будет докторишка иноземный, а травы разные да все прочее с Аптечного приказа получать.

— Так нет же такого приказу?

— Ну, значит, будет! Димитрий Иванович, доподлинно вызнав из мудрых книг и бесед со святым старцем Зосимой, какие травки и коренья можно на Руси сыскать, указал мне привести к нему недорослей и дев. Нежного возраста и нужной склонности. С тем, чтобы их руками те самые травки и собирать. Тех же, кто себя хорошо проявит, поставят в обучение господину Клаузенду — на государевых алхимиков.

— Чего?!

Еще раз хлебнув пива, Егор почти было дотянулся до сушеных снетков[152], но в самый последний момент переменил выбор в пользу моченого соленого гороха.

— Взвары, мази да настои всякие варить будут в Аптекарском приказе. Навроде травниц да коренщиков. А те, что не подходят, так и будут для них сено лечебное собирать да в земле ковыряться. Тоже какая-никакая, а служба.

— А-а-а! Так при чем здесь моя Есфирька?

— Ну… Она ведь у тебя тихая. Аккуратная, умненькая, чистюля. Опять же — старательная. А в аптекарском деле без этого, считай, никак.

Видя, как Филофей от удивления пронес ржаной сухарик мимо рта, брат тихо хрюкнул. То есть фыркнул конечно же.

— Девку — в аптекарки?!

— Да я тоже поначалу глаза-то от прям как ты вытаращил. А потом рассудил: придет какая боярыня или купчиха в аптеку по женским своим делам — и как ей с аптекарем о них разговоры разговаривать? Невместно ведь. А с девицей-то самое оно выходит.

Все трое дружно смочили усы темной влагой, затем бывший постельничий сторож понизил голос до возможного:

— А ежели племяшка будет стараться да государь-наследник увидит в ней нужные задатки — мыслю я, сам возьмется ее обучать. На лекарку.

— Сам?!

— Тсс, ты чего орешь-то?

Раздраженно помолчав, Егорий все же проворчал:

— Сам. Видели, поди, девицу юную рядом с Димитрием Ивановичем? По всему выходит так, что она и есть первая его ученица. Только вы про это — никому!.. А то живо на дыбе окажетесь.

— Вот те раз!.. А поголос-то был, что это он себе новую челядинку взял — из-за того, что Овдотья поспевать перестала.

— Ну так и вы то же самое всем говорите. А кто спрашивать будет или что иное шептать, сразу о них мне доводите. Я уж расстараюсь!..

Заглянув в кружку, стряпчий немного отпил темной влаги, затем напомнил родичам:"

"— Сами знаете — болтливых наш государь-наследник не жалует и любую лжу видит.

Мысленно все три брата продолжили: а еще крови не боится. Под этот немудреный (зато от всей души) тост они вновь опорожнили свои кружки.

— Ты пообмысли, Филька. Ежели все сладится — племяшка ведь до конца дней своих под государевой рукой, да как сыр в масле!.. И вот еще что. Указано мне не мешкая подыскать человека надежного, себе в подручники.