Ммм, как сладко! Если бы у медведей был такой сладкий помёт, я бы выслеживал каждого медведя, справляющего нужду. Мия получила ванильное и взвизгнула от счастья. Но тут же забеспокоилась и стала озираться: вокруг слишком много людей, незнакомых звуков и запахов.

Потом мы прошли мимо магазина под вывеской «Супермаркет». Через стеклянные двери было видно, что там внутри.

– Хочу туда! – засуетилась Мия.

Я подхватил. И оба канючили до тех пор, пока мама не сдалась:

– Ну, ладно, только быстро.

Стеклянные двери сами собой распахнулись, и мы с Мией растерянно уставились на прилавки. Еда. Везде еда! Горы еды!

– Укуси меня кабан! – не выдержал я. – И люди могут всё это просто так забрать с собой домой? И летом и зимой?

– И зимой, – подтвердила мама.

Мы с сестрой застонали от зависти. Нам зимой часто приходится голодать. В это время года гораздо труднее поймать какого-нибудь оленя или горного барана.

Но тут – о ужас! – от чрезмерного возбуждения Мия уже почти наполовину превратилась обратно в пуму! У неё опять выросли огромные клыки, они уже не умещались во рту, а сестра и не замечала. Она стащила с полки консервную банку с изображением кошки – наверное, потому, что эта кошка была похожа на пуму. Мия впилась в банку клыками, прокусила её и втянула в себя содержимое.

– Эй, тут дохлых зверей в банках продают! – сообщила она и пошла дальше.

Я дёрнул маму за рукав, но она была занята тем, что подбирала с пола упавшие золотистые металлические штучки.

Сестра всё ещё сжимала в руках прокушенную банку.

– Возьми новую, а эту выброси, – прошипел я, и Мия шикнула в ответ.

– Тебе не кажется, что откуда-то здорово пахнет? – Она задрала голову и принюхалась.

Сотрудник супермаркета помог матери собрать мелочь. У него на носу сидел какой-то предмет с двумя блестящими кругами, а в ушахторчали металлические штуки. Я на секунду забыл о Мие и уставился на него. Он улыбнулся:

– Привет, парень. Как тебя зовут?

– Караг. – Я сверкнул на него глазами.

– Тебе нравится в Джексон-Хоул?

– Обалдеть как здорово, – ответил я.

Человек улыбнулся и подарил мне круглый предмет, захрустевший у меня в руке. Пахло хорошо, я сунул его в рот. Мужчина захохотал.

– Сначала фантик разверни. – Он помог мне вынуть конфету из обёртки, кивнул и вернулся к работе.

Какие милые бывают эти люди! И какие они, должно быть, могущественные, если строят такие города и живут в них. Каково это – быть таким, как они? И жить так же?

У конфеты оказался вкус дурацких фруктов. Я незаметно выплюнул её на пол.

– Мия!

Полный ужаса призыв моей матери пронёсся по магазину. И я тут же забыл о людях и своих мечтах. Между тем лицо сестры поросло лёгким светло-коричневым пушком. «Она превращается обратно! – испугался я.