Фиона просмотрела все фотографии и подняла глаза.

– Что ты хочешь знать? – серьезным тоном спросила она.

– Знаю, это звучит безумно, – почти шепотом произнесла Валери, – но, может, эта женщина – моя сестра Маргерита, которая умерла в Европе в девятнадцать лет?

Фиона не стала медлить с ответом."

"– Нет, это не так, – заявила она твердым тоном. У Валери упало сердце. Она так надеялась на это! Тут Фиона протянула к ней морщинистую руку и нежно погладила ее по плечу. – Женщина на фотографиях не твоя сестра. Она – твоя мать, дитя, – ласково проговорила няня. – Услышав такое, Валери от шока потеряла дар речи. На мгновение она правда превратилась в ребенка – ничего не понимающего, испуганного, оглушенного. – И Маргерита не умерла в Европе. Она вышла там замуж.

– Когда же она меня родила? – пробормотала Валери. Прошлое, каким она его знала, рухнуло в одно мгновение. Винни отрицала, что родители им лгали, а подозрения Валери оправдались. Более того, все оказалось гораздо сложнее, чем она думала.

– Еще до отъезда. Ей было восемнадцать. Я всегда думала, что родители скажут тебе правду, но этого так и не случилось. Маргерита безумно влюбилась в парня по имени Томми Бэбкок. В итоге случилось непоправимое – она забеременела. Молодые люди хотели пожениться, но родители с обеих сторон были против. В общем, еще одна история про Ромео и Джульетту. Твоя мать… то есть ее мать, – поправила себя Фиона, – сказала, что никогда не простит ей этого позора. Через несколько дней родители отправили ее в Мэн, в заведение для девушек, которые оказались в такой же ситуации, как Маргерита. Это было в сорок первом году, накануне Дня благодарения, ей исполнилось семнадцать, а Томми – восемнадцать. Никто не знал о том, что случилось. В те времена беременность была позором для семьи. А всем сказали, что Маргериту отправили на год в Европу, в швейцарскую школу. Шла война, но в этой стране было безопасно. Маргерита писала мне письма из Мэн о том, как ей грустно и одиноко. Винни тогда было четыре, и она не понимала, что происходит. Но девочка плакала, когда Маргериты не стало. Она была такой веселой, лучезарной пташкой, ее все любили. Без Маргериты дом превратился в гробницу. Но твои родители на этом не остановились. Они хотели избавиться от ребенка, отдать его в другую семью, и заставляли Маргериту отказаться от него. Она пробыла в том месте две недели, когда японцы разгромили Перл-Харбор. Началась паника. А потом я услышала, что Томми забрали в армию, в пересылочный лагерь в Нью-Джерси. Думаю, его отправили в Калифорнию еще до Рождества. Не знаю, виделась ли с ним Маргерита до отправки на войну. Вряд ли, конечно, но точно не знаю. Может, Томми ездил в Мэн, чтобы попрощаться, и если это так, то он пообещал вернуться.