Прошел год, но паровой двигатель, способный толкать паровоз или тянуть пароход, так и не появился. Было бы несправедливо сказать, что мои друзья ничего не добились. Они достигли определенных успехов. По сути, паровой двигатель прост: нагретый пар толкает поршень, передающий поступательно-обратное движение через шатун на вал. Проблема заключалась в том, что поступательное движение за счет пара происходило хорошо, а возврат поршня — замедленный.

— Нужно придумать, как создавать отрицательное давление, чтобы поршень возвращался без задержек, — злился Лайтфут, раскладывая чертежи прямо на земле.

Из-за несовершенства паровой машины работа вала происходила рывками: рывок вперед за счет движения поршня, затем остановка на пару секунд, за которой снова следовал рывок. После шестимесячных мучений, так и не добившись результата, горе-механики снова засели за книги, переписанные рукой Белояры.

Если идея с паровозом мне казалась неосуществимой, то пароход мог стать реальностью. Следовало только наладить равномерную работу поршне-шатунного механизма и вторым шатуном передавать крутящий момент на гребное колесо парохода. Само гребное колесо являлось более продвинутым вариантом водяной мельницы. А уж их механизм работы Русам известен давно. «Христоверы» тоже внесли свою лепту, усовершенствовав водяные мельницы по образцу начала двадцатого века.

Время шло, новых идей в голове у «инженеров» не возникало, и я уже практически распрощался с идеей парохода, как неожиданно помог случай. Ната забыла снять медный чайник с огня, и он протестующе свистел, выпуская пар из носика.

«Сбросить излишки пара из камеры перед поршнем!» — пришла в голову неожиданная мысль. Это так элементарно, что на минуту я даже засомневался — неужели решение столь простое. Когда явились запыхавшиеся «инженеры», изложил им свое видение — как ни странно, первым возможный принцип работы понял Лерниц, предложивший перераспределять пар из камеры перед поршнем в следующую.

— Макс, это гениально! Как мне не пришла в голову такая простая мысль, — Тиландер еле стоял на месте, пританцовывая от радости. — Можно будет сделать пароход с хорошей трубой. Мы больше не будем зависеть от ветра.

После этого разговора возобновились работы над паровой машиной. Моя идея, доведенная до ума тремя моими товарищами, дала результат. Машину собрали заново — Лерниц предложил сделать большой вал и маховик, соединенный между собой странной металлической загогулиной. Вал передавал вращательные движения на маховик, от которого в камеру шел второй шатун, перекрывавший и открывавший сброс излишек пара. Когда поршень толкался вперед давлением пара, шатун маховика уходил вперед, открывая наружный выход, создавая отрицательное давление.