Оба раза встреча Бера с девушкой происходила недалеко от моей временной резиденции. И оба раза молодая женщина с грацией пантеры успевала скользнуть в проулок между домами, не дав себя нормально рассмотреть. Не стал на этом акцентировать внимание — Бер очень рассудительный. Несмотря на его возраст, он знает, с кем ему стоит связываться. Насчет Бера у меня возникла идея вернуть отряд специального назначения для диверсионных задач.

Черный спецназ Бера оправдывал все возложенные на него надежды, зачастую позволяя выигрывать малой кровью. Идея была горячо поддержана моим вторым приемным сыном, и даже начали первичную работу по отбору кандидатов.

Если у Дойчей волей случая окажется специальная литература по штурмовым отрядам вермахта, в ней могло быть много полезной информации. Это все-таки именно немцы во Второй Мировой стали выделять специальные подразделения, тренируя их в качестве диверсантов.

Оставшиеся два дня в Мехике прошли рутинно — Шрам, совмещая должность командира и градоначальника, старался максимально нас развлечь. Но нам требовался только отдых. Илса отправил с небольшим отрядом в Штатенгартен, чтобы предупредить о моем приезде.

В этом небольшом городке планировал провести пару дней — вкус пива Штатенгартена до сих пор вызывал обильное слюнотечение. В этот город прибыли в полдень третьего дня, как покинули Мехик.

Штеф вместе с конным отрядом встретил нас в часе езды от города — спешившись, градоначальник и его воины почтительно склонили головы. Здесь же находился и Илс, служа переводчиком между нами. Если бы не необходимость прочитать имеющуюся литературу у Дойчей, Нату я мог не брать с собой — для неё это было тяжелое путешествие.

В этот поход я не взял с собой Терса и Гурана, предпочитая обойтись друзьями и двумя десятками лучших всадников.

— Макс Са, Штатенгартен рад тебя видеть, — от Штефа несло какой-то французской галантностью.

""Видимо, предки были лягушатниками"", — вынес я вердикт немцу, рассыпавшемуся в комплиментах Нате. Моя жена, порозовев от внимания, бегло щебетала на немецком, периодически смеясь над словами Штефа.

— Смотри не переигрывай, ты все-таки жена императора, императрица, — напомнил девушке, недовольный ее чрезмерной активностью.

Эти современные девушки, а тем более из будущего, не понимают, что в каменном веке их улыбки могут быть восприняты неверно.

Штеф приложил все усилия, чтобы принять нас достойно: у ворот города стояли девушки в кофточках и длинных сарафанах с цветочным венками на головах. При нашем приближении девушки затянули песню, слов которой я не понимал. Одна из девушек, весьма приятной внешности, преподнесла мне медный кубок с пивом и ломоть обжаренного до хруста хлеба.