— Глупый — не глупый, — в этом доме этот обычай будут соблюдать! — поставил я точку в разговоре, понимая, что Мал по сути прав. Это ему с ней жить, она должна устраивать его, а не нас.

Мне уже стало совсем любопытно увидеть ту, которая смогла заинтересовать Мала. Я бы не сказал, что Мал соблюдал целомудрие — из разговоров Бера понятно, что интерес к женщинам у сына есть. Но чтобы заговорить о женитьбе, да еще на общем семейном ужине — это чего-то стоило.

Прошла неделя, я уже стал забывать об этом разговоре: никто не заводил тему женитьбы. ""Возможно, он ее добился и охладел"", — мелькнула мысль, когда в очередной раз Мал к ужину явился один.

Но не успели мы разместиться за столом, как Богдана позвал один из стражников. Вернувшись, тот громко доложил, смеясь уголками губ:

— У нас гости: священник Мефод со своей дочкой.

— Ты же хотел, чтобы я познакомил, — невозмутимо ответил Мал на мой немой вопрос.

Одно дело так называемая невеста Мала — ее я готов терпеть, но видеть священника желания не было. С другой стороны, прогонять возможного тестя сына — плохое уважение к своему ребёнку.

— Прими его отдельно, не за общим столом, — шепнула на ухо Ната, оценившая мое смятение.

— Богдан, пригласи девицу сюда, а ее отца проведи в мою комнату. — Я встал из-за стола.

Готов поклясться, что в глазах Мала проскочила искорка — этот шельмец сделал это специально, зная мое отношение к священникам. Каждый раз, слыша слово священник, я вспоминал церковный суд в Будилихе, когда был вынужден оправдываться перед тремя старыми сатанистами.

Мефод на глаза мне раньше не попадался — такую колоритную личность я бы запомнил. Священник — среднего роста, с длинной густой бородой и абсолютно лысый.

На голове у него что-то вроде головного убора, снятого при моем появлении. Облачение Мефода соответствовало сану: бесформенная хламида черного цвета с нашитым белым крестом на отвороте. «Мушкетер хренов», — мысленно окрестил священника, отвесившего мне низкий поклон.

— Мир тебе, Макс Са, сын Госпо… — замешкавшись на секунду, Мефод поправился. — Великий Дух, да продлит Господь годы твоего правления.

— Не твоими молитвами, — вырвалось у меня. Девушку разглядеть я не успел — она ушла вместе с Богданом. Смог только заметить, что высока и стройна.

Накинутый на голову светло-желтый платок скрывал ее лицо.

— Иди за мной, — проведя гостя в свой «кабинет», удобно уселся на своем стуле, накрытом медвежьей шкурой. Мефод переминался с ноги на ногу, но, не получив разрешения сесть, сделать это самовольно не осмелился.

— Что тебя привело ко мне? — я специально не называл священника по имени, мы еще не родня, чтобы панибратствовать.

— Твой сын Мал… — осторожно начал Мефод, нервно комкая шапку в руках.

— Да, Мал мой сын.