В одной из них оказался боевой нож, в другой автомат. — Вот вся моя семья, док.

— Простите… — ей стало стыдно, и Виолетта опустила глаза. — Я сказала глупость… Не хотела вас обидеть. Забыла всем известные вещи и не подумала об элементарной вежливости. Если вы не против, по возвращении в Центр я бы могла…

— Тихо! — оборвал её Ершов, мгновенно настораживаясь. Он быстрым движением убрал нож и перехватил автомат двумя руками. — Слышишь?

Из глубины ЦУ приближались короткие, шипяще-скрежещущие монотонные звуки. Внезапно люковая плита заблокированной двери в конце коридора с шипением и скрежетом поднялась вверх, открывая проход. Следом за ней открылся люк в середине, затем в начале коридора, и звук поднимающихся плит ушел дальше.

— Ерш! — тревожно зазвучал в радиоэфире голос Бармалея. — Блокировка центра управления отключилась! Люки открываются!

— Держи! — инвазивный лейтенант сунул ей в руки гермошлем. — Будь здесь…

В это мгновение освещение погасло, и всё вокруг погрузилось в темноту. От неожиданности Виолетта застыла, не понимая, в чем дело и что делать дальше.

— Свет вырубило! — кричали в эфире. — Прожектор сюда! На вход, быстрее! Движение в коридоре!

— За мной! — бросил ей Ершов, включая тактический фонарь. Он рванулся по коридору, на бегу выходя в эфир: — Все двери открыты! Всем двигаться к главной пультовой и занять круговую оборону! Прожекторы сюда! Бармалей, прожекторы туда! Наждак, заберите раненого из медкабинета! Где Малевич? Репей, тащи его к центральному узлу управления!

Виолетта бежала за ним, сжимая в руке гермошлем, и не сводила взгляда с прыгающего по полу фонарного луча, отчаянно пытаясь не запнуться о груды мусора и с ужасом вслушиваясь в доносящийся со стороны распахнувшихся люков топот сотен босых ног, сопровождающийся яростным хрипом. Неожиданно Ершов остановился, и она увидела, что вход в центральную пультовую запечатан люковой плитой. Инвазивный лейтенант толкнул плиту плечом и осветил панель электронного замка.

— Репей! Сзади! — рявкнул кто-то. — Они идут из бокового коридора! Уходи за прожектор!

— Меня отрезают от коридора в пультовую! — скороговоркой сообщил Бармалей. — Ерш, нас окружают! Не дойдем! Они лезут со всех сторон!

— Пультовая заблокирована! — крикнул Ершов. — Этаж обесточен! Всем отходить к медкабинету! — Он развернулся и помчался обратно, увлекая её за собой. — Бармалей, держись там, где стоишь! Будем пробивать тебе дорогу гранатами!

Виолетта бросилась следом. Впереди уже сверкали лучи фонарей и вспышки выстрелов, резкий грохот близких автоматных очередей больно зазвенел в ушах, и она на бегу попыталась надеть на себя гермошлем.

Леонид бежал по узкому коридору секретного тоннеля, испуганно оглядываясь на каждом шагу.