Но пришлось подключить тяжёлую артиллерию. Я позвонила дяде Тоше и попросила приехать с тем волшебным тирамису.

— Возможно, есть шанс, но мама может заупрямиться, — прошептала я в трубку. И Антон Павлович даже не стал ни о чем спрашивать. Сказал, что приедет к семи часам, даже если придется вызвать кортеж с мигалками или вертолет.

Не обманул. Мама едва успела уединиться в зале, как в дверь постучали. Дядя Тоша опоздал ровно на пять минут.

— Проходите, — я вытащила для него пару домашних тапочек. Мама попросила купить их на следующий же день после примирения с братом. — Она уже на консультации.

— Прекрасно. Если начнёт ругаться в голос, мы услышим и успеем принять меры. А пока ставь чайник. Я взял для нас ещё и карбонару в итальянском кафе. Знаю, тебе кусок в горло не лезет, но нужно поужинать.

Так вот почему ""вертолет"" задержали. Дядя позаботился не только о десерте. Что ж, поесть действительно не мешало бы. Я даже на обед с Пашей не пошла, сославшись на завал по работе. Не хотелось отвечать на кучу его вопросов, слушать последние сплетни. Не то настроение.

Я зажгла конфорку под чайником и наскоро накрыла на стол. Руки подрагивали, так что я боялась что-нибудь разбить. Хлеб резала с таким остервенением, будто болезнь мамы пыталась раскромсать ножом.

— Вы садитесь, — предложила я Антону Павловичу. — Я почти закончила."

"Задумалась, стоит ли греть пасту в микроволновке, но она была ещё тёплая, так что просто переложила блюдо в тарелки. Тирамису убрала в холодильник.

— Спасибо, — дядя устроился на табуретке. Его дорогущий костюм и золотые часы среди нашей почти-нищеты выглядели нелепо. Но он не обращал на диссонанс никакого внимания. — А что хоть за врач? Нормальный? Я обзванивал столичные клиника, сразу как узнал диагноз Дарьи. Мне там хором отвечали, что нужную нам операцию никто не делает.

— Молчанов сейчас работает в Красноярске, — ответила я и села напротив. — Долгая история. Так получилось, что я пишу портрет для матери Давыдова. А она врач со специализацией по нашей проблеме. Елена Станиславовна ручалась за Игоря Молчанова. Он её ученик. Много лет работал в Москве.

— Давыдова? — переспросил дядя и нахмурился. — Директора “Арт-Строя”?

— Да, Сергей Геннадьевич попросил её посмотреть мамину карту. Она подтвердила, что есть шансы, и договорилась о консультации.

— Интересно, — дядя хмыкнул и слишком уж сосредоточенно начал накручивать пасту на вилку. — Даже спрашивать не буду, когда вы успели так хорошо подружиться, хоть любопытство и распирает. Или спросить? Алина, ситуация щекотливая. Сергей фактически мой подчинённый. Не он первый, не он последний, кто карьеру делает через юных родственниц высокого начальства.

Я выпрямила спину и сцепила пальцы в замок.