— Это как?

— У нас будет ребенок, — шепчу на одном дыхании.

Глава 23

Игорь— Ты же рад? Да?

— Конечно рад. Так и знал, что эти твои психозы неспроста.

— Мурас! Умеешь ты испортить момент.

— Ну, кто на что учился.

Скажи мне кто полгода назад, что у меня есть дочь, я бы посмеялся. Я не думал о детях. Мне было не до этого. А потом появилась Лунга. В своей манере она вошла в мою жизнь, словно всегда в ней присутствовала.

Я любил ее тогда. Возможно, это звучит абсурдно, но, наверное, она поселилась в моем сердце сразу, как только я ее увидел. Тогда в общаге на кухне. Такую зажатую, скрытную. Но было в ней что-то притягивающее, заставляющее узнать лучше. Утонуть в ней, как в глубоком озере. Я и утонул. Без фальши.

Когда она исчезла из моей жизни, предала, все испарилось. Вот этот душевный комфорт. Любовь сменилась ненавистью. Затягивая в свой омут жестокости и беспощадности.

Я творил такие вещи, которые лучше не озвучивать. Она ушла, забрав с собой мое сердце. Пафосно, громко, но по существу.

Я думал, что никогда ее не увижу, сходил по ней с ума спустя несколько лет, а она все оставалась жить в моей голове. Преследовала, за что я ее ненавидел.

Но той, кто во всей этой ненависти и непонимании действительно изменила мою жизнь, стала Полина. Мой ребенок. Я так долго привыкал к тому, что она моя дочь. Я чувствовал связь с ней, с первой секунды. Чувствовал, даже когда не понимал, что я ее отец. Она смела все на своем пути. Абсолютно все. Утопила мое эго и ненужную гордость, заставила открыть глаза.

И после этого Лунга сейчас стоит в немом оцепенении, сообщая мне, что у нас будет ребенок. Я вижу, нет, чувствую ее страх. Неуверенность. И это злит, но только на какие-то доли секунды.

У нас будет ребенок. Ребенок, который будет рядом со мной с самого начала, первые шаги которого я увижу лично, а не на записи.

— Иди ко мне.

Обнимаю Женьку, вдыхая запах волос, слыша ее учащенное дыхание, ощущая слезы на ее щеках.

— Не плачь. Женя!

— Я тебя люблю.

— А я-то тебя как! Выше нос, Лунга.

— Знаешь, я хочу поскорее взять твою фамилию, чтобы ты уже перестал коверкать мою! — хлюпает носом, немного отодвигаясь.

— Когда заявление подадим?

— Завтра. Давай завтра сходим. Юля с Полей посидит.

— Договорились. Завтра с утра сразу в ЗАГС.

— Хорошо, — растирает слезы по лицу.

— Не реви, дурная.

Женька — это женщина-феномен, при всей своей дерзости и самостоятельности, то, что она смогла вылепить из себя другого человека, со стальной силой воли, самое наглядное тому доказательство. Но как бы она ни была сильна и воинственна, он все еще та девочка из общежития. Неуверенная, слегка зажатая и ждущая одобрения.

* * *Утром я просыпаюсь от того, как рыдает Полина. Иду на этот громкий-громкий плач с завыванием. Ребенок сидит посреди гостиной с куклой в руках и орет.