Именно так – сначала машина подпрыгнет, потом, с большой задержкой, выстрел вдалеке… Под аккомпанемент этого странного[25] явления передо мной стонали и корчились на земле наши элитные бойцы. Через несколько мгновений они и корчиться перестали…

Потом тоже было что-то непонятное. Аюб вдруг исчез из поля зрения, спустя секунду – рывок сзади, небо и земля поменялись местами, земля мягко, но ощутимо ударила в висок. Затем – жаркий шёпот в лицо: «Вставай, вставай! Быстро вставай!» – и руки Аюба подталкивают меня, заставляя встать. А спустя ещё несколько секунд всё кончилось – он юркнул в салон, вдёрнул меня следом за собой, и мы помчались во всю мощь оставшегося невредимым мотора.

Я так и не успела сообразить, что же происходит…

Осмысливать произошедшее стала уже гораздо позже, когда мы отъехали подальше и остановились перевязать Аюба. Его, оказывается, зацепило в руку, а я даже не заметила этого. Он с каким-то странным презрением отнёсся к своей ране, сказал – царапина, хотя руку пробило навылет и было много крови.

…Получается, что Саладин своим пренебрежением спас нам обоим жизнь.

Мы хотели пойти к мосту, посмотреть на Деда, но он с усмешкой сказал, чтобы оставались у машины и охраняли деньги. Прозвучало это примерно так – куда лезете, убогие? Не видите, какие люди тут делом занимаются?

Я подумала тогда – от кого охранять? Какой сумасшедший мог позариться на деньги этих головорезов? Аюб же обиделся, его давно никто в стойло не ставил, он привык себя королём чувствовать…

Мы подъезжали к Толстой-Юрту, и душа моя разрывалась на части. Показалось мне вдруг, что до сегодняшнего дня я, наивная дурочка, жестоко заблуждалась насчёт федералов.

Или насчёт нас – тут понимай как хочешь. Мы всегда обматывали их вокруг пальца и творили что хотели. А тут вдруг одно за одним, как будто кто сглазил: Ахмед, куча трупов в Сарпи, пленение Деда, сожжённые нами братья и сёстры по вере и под занавес – вот это… Я невольно поддалась минутной слабости и подумала: если они способны на такое, что сделали в Сарпи и сегодня у моста, это просто страшно, что они могут сделать с нашим народом, если захотят! Получается, они играют с нами в кошки-мышки? И до сих пор всех не уничтожили лишь потому, что мы для чего-то им нужны?

– На тебе лица нет, звезда моя, – Аюб вырвал меня из плена мрачных размышлений.

 – Веселее! Мы остались живы и сохранили всё до последнего цента.

– Они все умерли… – пробормотала я. – А ты… ты ведь прикрывался мной как щитом!

– Да, прикрывался, – с обычной лёгкостью ответил Аюб. – Обстоятельства так сложились…"

"Точно! Я сказала это наобум, просто в голову пришло. И сейчас же осмыслила невольно вырвавшуюся фразу.