— У тебя остались твои самые ранние работы? Здесь я мало что нашла. Ты все выбросил.

— Не хочу жить прошлым. И тебе не позволю. У нас будет только настоящее, Марина. Твое и мое. С чистого холста. Согласна?

Растворяюсь в его зеленом омуте, он держит меня за подбородок двумя пальцами, не оставляя и шанса отвести глаза.

— Конечно!

Друзья! Небольшое объявление – пока наши герои наслаждаются обществом друг друга и учатся оставлять за спиной все, что им мешает, предлагаю сегодня немного окунуться в будущее.

В первой главе я добавила пролог нашей истории, который, как я надеюсь, придаст новые оттенки в картину, которую мы рисуем с вами вместе. Приятного чтения!

Как думаете, что происходит?

Глава 26

«Марк Витрувий Поллион — римский архитектор и механик, ученый-энциклопедист.

В основе взглядов Витрувия лежало представление об универсальном объективном значении числовых закономерностей и пропорциональных отношений в строении Вселенной и человека…»

Закрываю заумную «Википедию». Сегодня большая открытая лекция Максима у нас в училище. Вход свободный, но ради приглашенных лекторов, чтобы не ударить в грязь лицом, обычно принудительно нагоняют толпу студентов с разных курсов. Половина перваков точно будет, я им лично меняла расписание, чтобы «окно» появилось между обычными парами.

Я стою перед профессором Антоновой, которая чихвостит мои работы. Боже, скоро уже документы подавать, а мне «совершенно точно нельзя этот кошмар показывать нормальным людям».

— Хотя вот здесь есть над чем поработать! — Отбирает несколько листов и продолжает безжалостно тыкать в самые неудачные места.

А я радуюсь. Да я просто счастлива, что она вообще взялась посмотреть, с чем я пойду поступать!

— Ладно, идите, Пешкова. — Устало машет рукой. — Вы, наверное, хотите еще лекцию Генварского послушать? Только наберите старостам моих групп на третьем курсе, нужно им сообщить о переносе занятий на будущей неделе, а потом еще…

Чувствую себя настоящей Золушкой: чтобы попасть к своему принцу, нужно преодолеть разные препятствия. А я вообще несколько дней его не видела — Макс улетел в Германию, завершать очередной мегаважный проект.

Я его только сегодня увижу. Через час.

Соскучилась по нему страшно, во сне сегодня гуляла с ним по Берлину. Это после того, как вчера целый час ночью проговорили по телефону.

Хочу летать. И рисовать. Его. Нас. Любовь.

— Такая крутая стала, что даже не здороваешься? Да кто бы сомневался!

Глеб. Я и не заметила, как он зашел в кабинет. Умеет выбирать моменты, когда никого, кроме меня, здесь нет. И только я одна вижу, какой гаденыш на самом деле этот золотой мальчик.

— Привет, Глеб. Тебе что-то нужно?

— Мимо проходил. Вот решил зайти.

Он стоит перед моим столом, скрестив руки, и выжидающе смотрит.