Я хочу его трогать! Пусть хотя бы так, как он меня!

Море! Пора охладиться. Больше не глядя на мужчину рядом, быстро бегу к воде.

Сочи — очень тусовочный город. Не Ибица, конечно, как сказал Генварский, но несколько совсем не позорных ночных заведений здесь точно есть. Это все слова Максима, если что. Все мои ночные тусовки проходили исключительно вместе с По. И только один раз без нее — с Максом после выставки художника-примитивиста.

Ох! Прошло-то всего недели три, а будто несколько лет. Кажется, что мы с Генварским уже целую вечность вместе. Вот как так — он ведь настоящая загадка для меня и в то же время такой близкий, что хочется отдать себя всю.

Раскрыться так, как никому и никогда. Даже себя саму такой не знаешь, а ему показать. Без остатка.

— Ну так что хочешь? Ужин или в клуб?

В клуб хочу, но не сегодня. И не здесь. Я хочу дышать этим цветочно-хвойным горячим воздухом и слышать, как бьются волны о пирс, смотреть, как гуляют люди, слушать песни, которые сама никогда не забью в свой плей-лист. А главное, я хочу весь вечер смотреть только в твои глаза. И чтобы ты смотрел только на меня.

И не только вечером. Хочу, чтобы этой ночью ты видел только меня.

Глава 38

— Знаешь, за что я люблю южное небо? — спрашиваю Максима и, не дожидаюсь его ответа, продолжаю: — За звезды. Их здесь целые россыпи, и горят они очень ярко. У нас такого нет.

— Ты у меня еще и астрономией интересуешься?

«У меня»!

— Не знаю ни одного созвездия, даже Большой ковш не найду. Я просто люблю смотреть на звездное небо. Оно божественно.

— А я всю жизнь смотрю преимущественно вперед, — усмехнулся Макс. — Тебе не холодно?

— Нисколько. Прогуляемся?

Генварский согласно кивает, берет мою ладонь в свою и переплетает пальцы наших рук.

Он не торопит меня обратно в гостиницу, хотя уже довольно поздно даже по местным меркам. Мне нужно время, еще немного времени. Просто пройтись, поймать теплый соленый ветер, он поможет избавиться от неясной тревоги. Это просто нервы, Риша. Ты слишком волнуешься. И дело не в мужчине рядом, точно не только в нем.

Очень много событий — еще вчера утром я понятия не имела ни о какой Ксении, мечтала как можно скорее сесть с Максимом в самолет и забыть о злобной психологичке Васнецовой.

И кстати, весь день я об Ольге не вспоминала, а вот первая любовь Макса из головы не выходит. А после того, как Сергей рассказал о самоубийстве… ведь они тем летом собирались пожениться. Что произошло и почему я не могу никак отделаться от ощущения, что меня это как-то касается?!"

"— Ты дрожишь, Марин. — На плечи ложится мягкий свитшот Генварского. Сильные руки бережно обнимают, прижимают к горячей груди, но не могут меня успокоить. Чувствую, как меня бьет озноб.