И от этого дрожу еще сильней. Свожу было ноги, закрываясь, но он не дает, подхватывая меня под колени и снова широко разводя их в стороны. На мгновение становится холодно. А потом он опускается и… очень жарко.

15.

Когда я чувствую, как его горячее влажное дыхание опаляет нежную кожу промежности, то вытягиваюсь в звенящую струну. И снова крепко вцепляюсь Дамиру в волосы в смешной сейчас попытке оттолкнуть.

А потом его губы касаются меня там, и остаётся только шумно, протяжно выдохнуть, обмякая.

По бедрам и вниз, до самых кончиков пальцев ног, волной прокатывается дрожь.

Это так…

Лицо заливает жаром и начинают полыхать щеки. Мои приоткрытые губы сохнут в нарастающей горячке, и так и тянет их облизать, выдыхая томительное ""А-а- а-х-х"".

Я чувствую его язык. Очень остро. Так остро, что, закрыв глаза, я почти вижу в своем воображении, что именно он делает. Вот широкое мягкое прикосновение во всю длину, раздвигающее пульсирующие, мокрые складки. Вот Дамир целует вход в лоно, будто это чертов рот, язык толкается внутрь, я и хриплю что-то стыдливое и нечленораздельное, сильнее вцепляясь ему в волосы и рискуя оставить себе парочку на память.

Мне кажется, или то, как шумно он выдыхает мне прямо в ""святая святых"", больше похоже на смех???

Возмущенно дергаю еще раз, и, вместо ответа, мне на живот ложится мужская горячая ладонь, впечатывающая посильнее в диван, чтобы не дергалась. Язык поднимается выше и бьет по набухшему клитору, в лоне его заменяет палец, второй и…

— О-ох…М-м-м… — голова запрокидывается сама собой, а дрожащее тело услужливо выгибается в пояснице. Я зажимаю себе рот, прикусывая ладонь.

Всё, мыслей больше нет.

Мне просто хорошо.

И это так невероятно, что я жадно ловлю каждое мгновение, расчленяя его на микроскопические составляющие. Тяжелая ладонь на моем конвульсивно напрягающемся животе рассеянно гладящая покрывающуюся испариной кожу. Оглушающий шум крови в ушах, пошлые чавкающие звуки, запахи разгоряченных тел, напряжение и расслабление мышц в инстинктивной попытке приблизить развязку. Жесткая, царапающая борода Дамира, два пальца, ритмично растягивающие меня внутри, шероховатый горячий язык, то нежно, почти невесомо гладящий клитор, то бьющий по нему коротко и быстро…

Так быстро, что мне кажется, что Дамир хочет добыть из меня огонь, потому что из глаз уже сыпятся искры.

По телу все чаще прокатывается электрическая волна, заставляя все тело конвульсивно напрягаться, тихие стоны превращаются в рваные плаксивые всхлипы. Я то беспорядочно глажу его такие шелковистые, густые волосы, словно в попытке уговорить помочь мне…То требовательно прижимаю черноволосую голову к своей промежности и сжимаю ее бедрами для пущей убедительности. Так пульсирует, что просто невыносимо.