– Я тебе так благодарен за поддержку!

– Сергей, это пустяки! Я звоню по другому вопросу.

– Весь внимание, – в мужском голосе звучит готовность помочь.

– Что ответила вам… тебе Кира?

– Кира отказалась, хотя я говорил, что оплату не возьму. Максимум расходы.

– Сергей, я бы хотела знать, что можно сделать? Даже не так. Что нужно сделать?

– Ирина, да ты боец!

Лёгкая похвала заставляет улыбнуться.

– Нет. Просто знаю цену потерь, – отвечаю с улыбкой.

Мне сейчас просто необходимо чем-то занять себя, иначе я не выдержу. Я готова рискнуть вернуть хотя бы прежний статус фотосалону, к которому уже так привыкла.

Лучше чужие проблемы, чем душевные терзания от своих! Так что не такой уж я и боец, как назвал меня Сергей.

Сергей Шастин мне понравился. Открытый, тактичный, немного скованный в общении и задумчивый. Это первое впечатление. В его работах я увидела глубокий смысл, хотя на первый взгляд они казались достаточно простыми. Именно это я и подчеркнула в небольшой статье, больше похожей на пост.

Позвонила Кире и сказала, что договорилась с Сергеем.

– Ира, ну зачем? – застонала Шелест.

– Мне терять нечего, – отмахнулась я.

– Ириш, я не хочу, чтобы и тебя это коснулось.

Тебе и так… досталось.

– Ну да! Меня же уволили!

– Ириш, прости. Меня столько раз предавали самые близкие мне люди, что… – Кира замолкает, и продолжение «уже никому не верю» остаётся неозвученным. – Я очень плохой друг, – признаётся Шелест.

– Ты замечательная, только не надо опускать руки. Ты ведь всегда шла вперёд, что сейчас не так?

– Когда я шла, думала, что жизнь больше не сможет поставить мне подножку и всё зависит только от меня.

– Подножки были, есть и будут. Просто нужно научиться вставать.

– Папа не даст мне подняться.

– У меня есть идейка. Подожду, что скажет на это Сергей, а там мы вместе решим, как поступить.

Глава 23

Клим

Не знаю, чем я думал, когда просил Сергея помочь сестре отстоять фотосалон, но явно не ожидал, что вместо Киры появится Ирина. Кира не шла на контакт совсем. И сейчас я смотрю, как Ирина и Сергей сидят за столиком в открытом кафе. Ирина внимательно слушает собеседника, а я сгораю от ревности и бессилия, потому что меня она к себе так близко не подпускает. Шастин оказался моим единственным связующим звеном. Он не знает всех подробностей – только то, что я в немилости у обеих девушек.

Я прекрасно понимаю, что Ирине нужно время. Но я так же хорошо помню разговор с Вадимом в тот день, когда Ирина узнала правду, и осознаю, что времени у меня может и не быть.

– Что ты здесь делаешь? – спросил бывшего друга.

– Тот же вопрос я могу задать тебе, – отфутболил Бархалей.

– А что не так? Ирина – свободная женщина.

– Ирина – моя жена! – срывается Вадим.

– Одно маленькое уточнение: бывшая жена.

– Ненадолго.

Ответ Вадима резанул по живому.