Я заметила, как Егор снова сжал кулаки. Да, если он не перестанет так себя вести, мать догадается обо всем. Неужели он ничего не боится? Или он настолько сильно повернут на мне?

Когда я выходила на улицу, мать с Егором вышли из квартиры на работу одновременно со мной. Я побежала вниз, а меня догнал Егор, воспользовавшись моментом, пока мама закрывала входную дверь.

Он ущипнул меня за ягодицу, а потом еще шлепнул по ней:

– Никаких глупостей, девочка моя!

– Я не ваша девочка! – я со злостью посмотрела на него. – Не боитесь, что мать услышит?

– Нет, я ничего не боюсь. А вот ты бойся: один твой косяк, и я накажу и тебя, и твою мамашку.

Я не успела ничего ответить, потому что в этот момент мама спустилась вниз. Она взяла Егора под руку, и они направились на работу. Я же осталась стоять возле входа в подъезд, чувствуя, как зудит место щипка.

Я встретилась с Лилькой, и мы пошли прогуляться по поселку. Но мысли мои были далеко, поэтому подружка быстро заскучала в моем обществе.

– Лада, чего ты все молчишь, да молчишь? Как будто не договариваешь чего-то.

Я пожала плечами. Несмотря на то, что Лиля была моей самой близкой подругой, рассказывать ей правду про свои отношения с отчимом я не собиралась. Итак слишком много всего произошло.

– Я к бабушке хочу уже уехать, – призналась я Лиле, и это была чистая правда. Я хотела уехать из этого места, чтобы хотя бы на время забыть обо всем, что происходит в моей жизни.

– Так скоро уедешь, я вообще тут одна останусь, – жалобно сказала Лиля.

Я снова пожала плечами, понимая, что именно побег к бабушке сможет спасти меня от депрессии, которая накатывала на меня все с большей и большей силой. Масла в огонь подлила и Лиля:

– А я сегодня Антона видела. Он по магазинам с маман ходил, закупы делали. Он ведь к брату скоро едет. Так что до конца лета ты с ним не увидишься.

– Спасибо, что напомнила, – огрызнулась я, реагируя на издевку Лильки. Ей будто доставляло удовольствие периодически колоть меня своими язвительными иголками.

Так и не придумав общего дела, мы разбрелись по домам, и я закрылась в своей комнате, надеясь, что Егор вернется с работы не раньше матери. Мне хотелось подумать, осмыслить все, что произошло со мной и понять, кем я стала после близости с отчимом. Стала ли я настоящей женщиной или просто побыла несколько минут игрушкой в его огромных руках."

"Я коснулась низа живота, где еще все побаливало, напоминая о том, что произошло на этой постели некоторое время назад. Внутри меня все ныло, пульсировало и не давало мне никакого покоя. На глазах сразу появились слезы, стоило мне вспомнить о собственной беспомощности и о том, что грозит моей маме в случае, если я отважусь кому-нибудь что-либо рассказать.