– Вы намекаете на то, что я шарлатанка?

– Вовсе нет, мисс Чилкотт, – я бы себе этого не позволил.

Между ними повисло воспоминание о том, как она обманула всех на балу, и герцог понял, что она, должно быть, подумала о том же.

Некоторое время они шли молча, потом мисс Чилкотт неожиданно остановилась, повернулась к нему и серьезно сказала:

– Я знаю, что вы явились ко мне в дом в надежде отыскать мисс Смит. Очень жаль, что вы ее так и не нашли.

Энтони на секунду замер. Неужели она на самом деле намерена делать вид, будто он не знает, что она и есть мисс Смит? По его мнению, это было просто нелепо, и тем не менее он поймал себя на том, что подыгрывает ей.

– Действительно жаль, поскольку я с ней почувствовал определенную связь… как будто мы предназначены друг для друга. Но она явно иного мнения, в противном случае не сбежала бы, не попрощавшись.

– Возможно, она испугалась? – предположила мисс Чилкотт еле слышно.

Испугалась?

– Не могу себе представить, чего она могла бы испугаться, – ответил Энтони, надеясь, что она хоть что-нибудь ему объяснит.

– Вы совершили невероятное, ваша светлость, когда круто изменили свою жизнь, но, как бы там ни было, вашу репутацию повесы не так-то легко забыть.

Любой молодой даме, с которой вы будете общаться, легко запятнать свое честное имя и имя своих родителей. Нет, я могу понять мисс Смит, – она, скорее всего, должна выйти замуж за респектабельного джентльмена, который окружит ее уважением и комфортом.

Энтони стиснул зубы. На балу он вел себя по отношению к ней безупречно – почти безупречно. Он не собирался ее целовать. Это стоит учитывать. Кроме того, все могло сложиться гораздо хуже. Он мог бы уступить своим желаниям и взять ее прямо там, в библиотеке.

Вспоминая, какой растерянной была эта девушка, когда он ее поцеловал, Энтони тем не менее был уверен, что мисс Чилкотт не стала бы его останавливать. При мысли об этом он почувствовал тепло в промежности. Энтони поморщился, испытывая возбуждение.

– С тех пор как я стал герцогом, я веду себя достойно, не совершая даже малейших проступков.

Это было правдой. Энтони самого удивляло то, как сильно ему нравится новый образ жизни. Впервые за долгое время он испытывал душевное спокойствие, как будто его жизнь наконец-то повернула в нужное русло.

Тем не менее он был уверен: его жизнь стала бы намного счастливее, если бы рядом с ним была мисс Чилкотт. Она была единственной женщиной, которая грозила вызвать к жизни распутника, притаившегося в глубине его души, но не для того, чтобы разрушить ее судьбу, а чтобы заполучить ее. Неожиданно для самого себя Энтони произнес:

– Но после встречи с мисс Смит… я почувствовал, как моя решимость стала слабее. – Он замолчал, заметив, что девушка затаила дыхание, и шагнул ближе к ней.