Прошлое.

После – взросление. И неважно, что повзрослела я в десять. В приюте все быстро осознавали и свое положение, и то, что защищаться теперь придется самостоятельно. Как и отвечать за свои поступки и жизнь."

"Я знала, что у матушки оставалась родня, кто-то очень далекий, то ли дядья троюродные, то ли еще кто дальше. Знала, что им написали обо мне, и они прислали официальный отказ. Не позволяло им положение лишний рот взять, обузой я была… Потом, знаю, пожалели. Я же дар пробудила! Аккурат спустя месяц после их отказа… Но для меня они навсегда остались чужими.

Если бы дедушка и бабушка были живы, они бы от меня ни за что не отказались.

Но… тот год был урожайным на прорывы. Деревенька, где мама выросла, тоже была атакована, а кузница, как водится, всегда на окраине возводилась. Так моих дедушки и бабушки не стало. Я их и не видела ни разу. Мама замуж за отца вышла да вслед за ним и поехала, когда распределили его прямо на границу. Не захотела далеко от него быть… И ждать редкие встречи в его коротенький отпуск…

Родню по отцу я не знала. Он никогда про них не упоминал. Даже не говорил, где родился. Может, и сам не знал. А позже, когда мне представилась возможность покопаться в архивах, я уже не имела ни малейшего желания что-то выяснять. Если бы меня или его кто-то искал, я бы узнала об этом, пока находилась в приюте. Или в первый год учебы в академии узнала бы. Так, например, тетка Лерха объявилась, госпожа Тая…

Хорошая женщина, тоже родом из глуши, в шестнадцать за солдатиком сбежала и со своей семьей всякую связь потеряла. О племяннике на всеобщем объявлении милости богов узнала. Списки с нашими именами и фамилиями гордо вывешивались на целую неделю в каждом городе и каждой деревне у храма и зачитывались… А там и праздник устраивали. Еще бы, такой повод для гордости! Осененные милостью богов, получившие особый дар дети (пусть уже и пятнадцать лет, а все равно дети!)… Гордость всего королевства!

Нас не так-то много было… К сожалению.

Для борьбы с порождениями нужно гораздо больше, чем с десяток одаренных ежегодно. И это во всех странах… Эх, мало магов среди людей, а уж таких, как мы – кот наплакал.

Тетя Лерха не навязывалась, даже от даров государства отказалась (выплачивалась родне некая сумма за одаренного ребенка). Отказалась от денег, сказав, мол, пусть племяннику те монеты достанутся, у него вся жизнь впереди. Мои дядья, к слову, пытались на эти дары претендовать, но им их же бумажку об отказе в нос сунули, и те ни с чем остались. Все до копейки мне было прислано.

И, наверное, именно этим поступком госпожа Тая растопила очерствевшее сердце Лерха. Он согласился на встречу…

Это сейчас друг чуть ли не душа компании.