— Ну, еще бы! Ты же мне как сестра!

— Да и ты тоже мне, как сестра, которой у меня никогда не было."

"Поднявшись со стула, Виталинка быстро подошла ко мне и обняла, без слов выражая свои чувства. Как же дорога была для меня эта девочка, и вовсе не из-за того, что держала в секрете мои тайны, а просто потому что была рядом. За то, что понимала и уважала, за то, что поддерживала, и несмотря ни на что, всегда считала меня во всем правой. Даже когда я в чем-то испытывала неуверенность, подруга приободряла и убеждала, что я поступаю верно. Она ни разу ни в чем меня не упрекнула и всегда переживала после своих сказанных слов. Она боялась, что еще слишком мала и скажет не то, что нужно, и посмеет меня обидеть. Но ни разу я не услышала от нее глупостей, Виталина говорила четко и по делу. Порой у меня складывалось ощущение, что ей вот-вот не шестнадцать исполнится, а все тридцать. Умная и толковая девчонка. Наверняка вся в своих родителей.

— Я люблю тебя, Мими, и очень-очень не хочу потерять. Я же не мой бестолковый братец, не сумевший удержать возле себя достойную девушку. Болванище.

— Ему там сейчас, наверное, икнулось, — хмыкнула я и, отстранившись, посмотрела в глаза девочки: — Я тоже люблю тебя, Виталинка, ты самое дорогое, что есть в моей жизни. И терять тебя не собираюсь.

— Мий, а если бы он узнал?..

— Узнает, обязательно. Но позже. Возможно, однажды я перестану реагировать на него так остро и обо всем расскажу. Но не сейчас.

— Ты боишься, что он…

— Милая, я всего боюсь. Не забывай, пожалуйста, откуда я вышла…

— И что?! — ошарашено спросила она и прошла к дивану, на котором стояли привезенные ею пакеты с гостинцами. — Причем здесь детдом? Ты с ума сошла? Ты ничуть не хуже других. Ты лучше их!

— Ты говоришь, как твой брат.

— Может быть! Но ты хорошая, ты искренняя. А много ли таких людей вышло из детдома? Сомневаюсь! Держи виноградик, — протянула коробку с белыми ягодами, отчего у меня сразу же потекли слюнки.

— Конец ноября. Откуда ты его достала? Где деньги берешь?

— Родители помогают. Они всегда мне хорошие карманные дают.

— Ничего себе карманные! — удивилась я, но отказываться не стала, мне была приятна забота младшенькой, а потому я поднялась со стула и пошла мыть наверняка вкусные ягоды.

— Тебе сейчас витаминчики лишними не будут, так что, ешь молча и не бурчи.

— У него кто-то есть? — задала волнующий меня вопрос, резко выключила воду, положив виноград на стол, и уперлась руками в раковину. Меня бросило в жар от понимания, что я боюсь услышать ответ, боюсь услышать, что несмотря на его страдания, он давно развлекается с Виолеттой или другой барышней. Это для меня будет большим ударом.

— Не поверишь, но нет.