Но ровно на секунду, потом что коридор наполняет уже ставший ненавистным мне голосок лисы.

— Милый, ты идёшь?

— Конечно! — Я разворачиваюсь, кивая Каре. — Присоединишься?

— Спрашиваешь! — усмехается та, и обгоняя меня, первой устремляется к открытой двери. — И у меня есть прекрасный повод испортить вам приватное общение.

— Это какой же?

— Стрижка. Я же сказала: ты мне её задолжал. А значит, и руководить процессом буду я.

— Погоди.

Я не на шутку пугаюсь. Догоняю Кару и притормаживаю её у самого входа.

— Ты что собралась делать?

— Доверься мне. — Альва подмигивает мне и проходит внутрь.

Из спальни тут же доносится недовольный вопль княжны:

— Ты что тут забыла?

— Рейвард попросил меня помочь ему со стрижкой. Я любезно согласилась. Вопросы?

Настороженно заглядываю в комнату, откровенно боясь встревать между этими двумя. Уж больно воинственно выглядит Кара, а княжна и не думает скрывать гнева.

— Я сама могу постричь моего жениха. — Пелагея задирает подбородок.

Тэлль в это время обходит комнату по периметру. Находит несколько горшков с кактусами, которые вот уже несколько лет упорно отказываются помирать, и прихватывает их с собой.

— Ты что делаешь?

Лиса сторонится её, а я наконец-то решаюсь зайти в собственную спальню.

На ходу достаю свежую рубашку из шкафа и накидываю на себя. Пока я одеваюсь, Кара успевает поставить по центру комнаты стул и разместить кактусы на прикроватной тумбе.

— Мне нужны инструменты для стрижки. — Альва пожимает плечами, и её руки окутывает изумрудно-золотистое сияние.

Пелагея, явно увлечённая происходящим, подходит ближе. Да как и я. На мой вопросительный взгляд Тэлль отмахивается, явно прося помолчать и не лезть.

Магия Кары окутывает усохшие растения, наполняя их живительной силой. Кактусы разрастаются, на их верхушках проклёвываются крупные алые бутоны. И уже через секунду они раскрываются диковинными цветами, лепестки которых трепещут, как крылья бабочек.

Заворожённый, я наблюдаю за чудесами, которые творит магия Кары. Это настолько волшебно, что глаз не отвести. Цветы переливаются, движутся, словно они действительно живые существа.

— Это что? Бабочки⁈

Визг Пелагеи приводит меня в чувство, заставляя отвлечься от кактусов.

— Ага, они самые, — с довольным видом отвечает Кара.

Но ведь врёт же: откуда у меня тут бабочкам взяться? Уже открываю рот, чтобы возразить, как в следующее мгновение происходит внезапное. Пелагею будто ветром сдувает. Была она — и нет её, только дверь хлопает.

— Даже не попрощалась. Как невежливо. — Кара кривит губы в наигранной обиде.

А меня смех разбирает. Смотрю на маленькую альву и поверить не могу, что она так лихо выгнала мою «невесту» из спальни.

— Я поражён. — Отвешиваю поклон, отчего Кара покрывается нежным румянцем.