Направили в конец коридора к лифтам и объяснили, как дойти до студии.

Здесь было темно, и старая пвх-плитка поскрипывала под ногами. В целом здание казалось безлюдным и немым, а древний лифт грохотал, как вагонетка в шахте, пока поднимал её на последний этаж.

Нужная дверь нашлась довольно быстро и оказалась приоткрытой. У Сони был с собой ключ, который она уже приготовилась достать из сумочки, но раз не требовалось, застегнула молнию, поправила ремешок на плече и с лёгкой улыбкой заглянула внутрь.

В помещении были высоченные потолки и окна во всю стену. Простор, свобода, а на контрасте с тёмным коридором-тоннелем так вообще тронный зал.

Утренний свет струился и косыми лучами ложился на пол. Зрелище завораживало. Соня даже залюбовалась на эту эстетику в простоте.

- Привет? - позвала она вопросительно, но никто не ответил. – Есть кто?

Варганова переложила почти дотаявшую барбариску за правую щёку, шагнула за порог и тихонько прикрыла за собой дверь. Заглянула в один угол, за ширму, где валялся какой-то реквизит, прошла мимо студийного оборудования, пока что разобранного. Видимо, работа ещё не начиналась, и установка только предстояла.

Кажется, помещение было пустым. Может, тот, кто уже был здесь до неё, просто куда-то вышел? Ну, так она подождёт.

Соня подошла к окнам, пристроила сумочку в углу, сама опустила ладони на подоконник, рассматривая тихие воды канала. Эта часть Обводного была на вечном ремонте, сколько Соня себя помнила, постоянно перегорожена.

Солнце снова показалось из-за облака, лучи скользнули в студию, и Соня зажмурилась, поднимая лицо к свету, вдыхая глубоко и отпуская напряжение с плеч.

Видимо, она слегка выпала из времени, потому что звук удара чего-то металлического об пол и вибрация, прошедшая по бетонной плите, вернули её в реальность и заставили резко обернуться.

Сердце сделало кульбит и застыло, а потом принялось биться так сильно и так резко, будто пыталось выскочить наружу через горло.

К тому же Соня забыла, что надо дышать. Потому что когда кончился кислород, ей показалось, что она готовится умереть. Волны жара и холода поочерёдно накатывали на неё, а перед глазами летали серые тени, желание отмахнуться от которых было слишком велико.

- Соня… - голос с мягкими ласкающими интонациями, который, как ей казалось, она не забудет до конца своих дней, помог окончательно прийти в себя.

Как? Как это было возможно? Она не понимала. Она отказывалась понимать.

Соня опустила взгляд на кусок какой-то металлической арматуры, валяющийся возле ног Криса. Видимо, он эту штуковину уронил, когда увидел её, Соню.

Взгляд Варгановой снова поднялся к лицу парня, на котором сейчас разгулялись почти нечитаемые эмоции. Но основные – шок и неверие собственным глазам – были такими же, как и у неё.