И уже не её. Теперь уже и официально не её. И рубашка эта дурацкая поло на нём. Он же их ненавидит за воротнички эти глупые, как ей говорил. Господи, где привычные дранные на коленках джинсы? И он, и не он…

Не он… наверное.

Теперь она определённо поняла, что означало его «прости». Так ведь?

А ещё она понимала, почему он так поступил. Согласился на этот брак. Фло…

Соня пихнула телефон Томке и отвернулась.

- Сонь, тут…

- Убери.

- Сонь…

- Убери, я не хочу на это смотреть.

- Тут есть…

- Я сказала, твою мать, что не хочу смотреть! Убери это от меня! – практически завизжала она.

Ладони сжались в кулаки, и в кожу впились острые ногти. Только сейчас это ни черта не отрезвляло.

Сонька заплакала: больно, глубоко, навзрыд. И только Томка, притянувшая её к себе и подставившая плечо, не давала ей сорваться в истерику.

Нет. Нельзя. Не в её состоянии. Ей надо думать о другом.

Рука сама собой опустилась на живот, и на мгновение стало теплее, хотя казалось, что это невозможно.

Думать. О другом.

* * *Отец с матерью удалились с семейством Олдриджей обсуждать какие-то детали, на которые Крису было насрать. Так что он устроился в одной из гостиных первого этажа.

Тупо сидел в темноте и надирался алкоголем.

Дело было сделано.

Формальности были соблюдены. Юрист со стороны Ба проконтролировал правильность составления документов. Опека над Фло перешла Элеоноре. Соглашение о помолвке также было оформлено и подписано. Если ему вдруг вздумается включить заднюю, денег Олдриджам отсыплется, мама не горюй. Тут уж они со всех сторон подстраховались. Но Кристоферу и на этой было глубоко фиолетово.

Хорошо, что прямо сейчас «под венец» не потащили, да он и не собирался сразу делать Мари миссис Холланд.

Большая удача, что браки в светском обществе скоропалительно не заключались.

Развалившись на двухместном диванчике с красивой изогнутой спинкой, Крис поднёс бутылку виски к губам и хлебнул прямо из горла. Односолодовый, лет восемнадцать выдержки, знатоки бы только ужаснулись такому разбазариванию продукта, но Крису было плевать, что именно вливать в себя."

"Когда дверь в комнату приоткрылась, ему даже не надо было оборачиваться, чтобы понять, кто пришёл. Рядом с диванчиком нарисовалась Мари, она опустилась на колени и с елейной улыбочкой кошки, обожравшейся сметаны, посмотрела на него.

Небось, родня похвалила, какая она молодец, ещё и послали закрепить результат.

Руки Мари со знанием и опытом прошлись по его груди, прессу и легли на ширинку. Сжали член раз-другой, но реакции не было. Мари не сдавалась, смотрела на него, прикусив губу. Наверное, думала, что охереть как эротично выглядит.

Но Криса её действия вообще не трогали. Ему другую хотелось. Не её.

И от одной лишь мысли о той, другой… тело среагировало.