– Один?

– В том-то и дело, что нет! Вместе с ним с завода вышел рабочий его смены Николай Зверев. Они ушли вместе, о чем-то оживленно беседуя. Судя по положению трупа и заключению экспертов, Сивцов был убит спустя буквально несколько минут после этого.

– То есть, получается, что его убил этот самый Зверев?

– Так точно, товарищ полковник. Так и получается.

– Что же он, совсем, что ли, дурак? – не сдержался Сорокин. – Это ведь почти то же самое, что зарезать человека при всем честном народе. Неужели же он этого не сообразил? Его нашли?

– Зверев дома не ночевал, – вздохнул Лямин. – Жена звонила родственникам – там он тоже не появлялся.

– Это уже интересно, – сказал Сорокин.

– Не то слово, товарищ полковник, – снова оживился лейтенант. – Еще одна деталь. Дома у Зверева я заметил большую коллекцию охотничьих ножей. Его жена говорит, что он делал их сам – такое хобби. Как я понимаю, он их еще и продает.

Во всяком случае, квартирка у него обставлена явно не на зарплату.

– К чему это ты ведешь?"

"– Сивцов убит ударом ножа. Судя по размерам раны, эксперты утверждают, что это мог быть охотничий нож с длиной лезвия не менее двадцати сантиметров и шириной около пяти.

– Да это сабля какая-то! – сказал кто-то.

– Как по нотам, – покачал головой Сорокин. – Что ж, этого Зверева надо искать. Если он и вправду такой дурак, найдем мы его быстро. Тебе не показалось, что его жена что-то знает?

– Откровенно говоря, показалось, товарищ полковник, – сказал Лямин. – Что-то она скрывает. Не знаю только, с какого конца к ней подступиться.

– Ладно, – вздохнул Сорокин. – Женой Зверева я займусь сам. Она хоть симпатичная?

Лямин скривился, но немедленно спохватился и сделал серьезное лицо.

– Да как вам сказать... – протянул он.

– Все ясно, – вздохнул Сорокин. – Уж к симпатичной ты бы нашел как подступиться.

По кабинету волной прокатился добродушный хохоток, которого полковник не услышал. Он был погружен в раздумья. Сорокин по странному стечению обстоятельств знал то, чего не знал мальчишка Лямин и чего ему, милицейскому полковнику, знать, строго говоря, тоже не полагалось. Сейчас он уже не мог припомнить, при каких обстоятельствах ему стало известно, что контора, скрывающаяся под непрезентабельной вывеской опытно-механического заводика, производит на самом деле системы наведения для баллистических ракет. Однако он не мог ручаться за достоверность этой информации и уж подавно не мог ее проверить, но вся эта история ему очень не нравилась. Сорокин терпеть не мог всевозможные военные тайны и в особенности людей, коим по долгу службы было поручено эти тайны охранять.