И я до пенсии не доработаю. С вами, обалдуями, хрен доработаешь!

Я наклонил голову к кадровичке, что чудесным образом оказалась прямо бок о бок со мной в строю, и шепнул:

— А когда шефу на пенсию?

— И не надейся, — улыбнулась Мария Антиповна. — Она давно у него выработана, он всегда так говорит, хорохорится, а сам никогда не уйдет на отдых, будет работать, пока маршал на горе не свистнет.

— Разговорчики! — зыркнул на нас майор, бодро и осуждающе. А потом вдруг в секунду сник и продолжил уже голосом, наполненным лёгким трагизмом: — Как вы физо сдавать будете, товарищи? Вы когда последний раз на турнике болтались? У нас и по служебно-оперативной деятельности показатели не ахти, если еще и физуху завалите… И стрельбу… Эх!

Майор махнул рукой, снял фуражку, вытер рукавом взмокший лоб и уже тихо добавил, но мы услышали, потому что стояла гробовая тишина, лишь кузнечики стрекотали и воробьи чирикали:

— И вот еще… Вы уж постарайтесь, товарищи, не оплошайте.

С проверяющим не скальтесь, нормативы из себя выжимайте, будто вы в окопах, а за вами Москва. Если отдел завалится, полетят головушки. Вы думаете, меня уберут и кого-то лучше поставят? Новая метла придет, и половина из вас вообще не усидит. Я вас как облупленных знаю, хоть и ругаю и матом крою, но без этого ведь вы вообще на шею сядете, и броневик наш не поедет. Так что, ребятушки… постарайтесь, не оплошайте…

Все как-то сочувственно и проникновенно вздохнули, повесив носы, и раздумывали над тем, что майор, оказывается, и нормально разговаривать может, но… Тут раздался его окрик.

— Ну что раскисли?! Ядрен пистон! — гаркнул начальник.

— Задача ясна? Разойтись по рабочим местам!

И все разошлись, а Мария Антиповна задержалась.

— Что же ты, Саша, на кофе не заходишь? — прожурчала она, накрутив на пальчик сверкающий на солнышке бронзовый локон.

— Да все некогда, — улыбнулся я. — Кручусь как волчок — в мыле бочок… А что там за проверка к нам грядет? Договориться нельзя? Ну там, в баньку свозить, в ресторан сводить? По-человечески чтоб…

Хотел еще добавить про девиц с низкой социальной ответственностью, но промолчал. Проститутки, конечно, в СССР были.

Особенно в «Интуристе», в столице. Там их непосредственно КГБ крышевало, чтобы иностранцев через ночных бабочек под колпаком держать. А как с этим дела обстоят в Зарыбинске, я не знал. Город, вроде, тихий, некриминальный, но, с другой стороны — один оборотень в погонах уже имеется…

— Всегда так и делали, — по-деловому кивнула Мария Антиповна. — Умасливали комиссию. Вот только слушок пришел из области, что в этот раз нас по полной хотят… проверить.

— С чего это вдруг? — нахмурился я.