Понял?

— Ага… а недовольство как показать? Кричать и брыкаться?

— Нет, ты же мужик, а не истеричка, придумай что-нибудь другое.

— А можно я тебя за руку укушу? Будто сбежать пытаюсь.

Я скривился и пояснил:

— Никуда меня кусать не надо, просто прошипи еле слышно, мол, менты — козлы, и брови вместе сведи, а взглядом в пол упрись, будто линолеум продырявить им хочешь.

— А-а, ну это вот запросто.

Мы вошли в кабинет уголовного розыска. В такой ранний час внутри был лишь Антошенька. Он проводил нас взглядом, лицо у него вытянулось, а когда я сказал, смотри, мол, кого привел, морду и вовсе перекосило.

Но он фрукт тертый, быстро взял себя в руки.

— Серов! — грозно уставился он на Андрея, изображая праведного милиционера. — Бегать вздумал! Колония по тебе плачет.

— Ты его не стращай, — хмыкнул я. — Парень готов признаться во всем.

— Во всем?.. — напрягся Антошенька.

И если б я про него ничего не знал, то прямо сейчас по роже мог догадаться.

— Ну да… Что щипал кошельки от не фиг делать, по глупости.

— А-а… — облегченно выдохнул инспектор, — другое дело…

Конечно, я бы мог подбить Серого дать показания против Трубецкого, но ведь тут как — его слово против слова милиционера.

Вряд ли закон встанет на сторону непутевого подростка, замеченного в кражах. А таинственный Интеллигент (и то, если я его и поймаю) сто пудов пойдет в отказ. И Антошеньку спугну, и парня подставлю. Лучше я Трубецкого на чем-нибудь другом подловлю. Время есть к нему присмотреться и копнуть глубже. Да и цели у меня другие — не с коррупцией я пришел бороться, сперва нужно не дать судьбу пацану сломать. Опять же, сестра его в опасности, и это для меня на первом месте сейчас.

— Давай, расчехляй машинку, — сказал я оперативнику.

— Печатай признательные. Протокол-шмотокол, как там это делается — не мне тебе объяснять.

— Материалы по карманным кражам не у меня, а в следствии, — хмурился Трубецкой. — Оставляй пацана, сам к следаку уведу.

— Да мне не сложно, могу до следствия его проводить.

— Иди, Сашок, собаку гуляй, — зло зыркнул оперативник. — Без тебя разберемся.

— Нет уж, — невинно улыбнулся я. — Я сам… Может, Кулебякин премию выпишет. Мне транзисторный приемник надо купить. Пошли, ворюга, — кивнул я нарочно холодно парню, и мы вышли под едким взглядом лейтенанта.

"

"Спустились на первый этаж. Вот и кабинет с табличкой «Следствие». Я постучал и вошел. В кабинете два стола. За одним женщина противозачаточной внешности (нескладная и широкоплечая), за вторым — тот самый следак, с которым мы на ложки серебряные выезжали. Его щеточку усов ни с чем не спутаешь. Авдей Денисович Голенищев — услужливо подсказала мне память его анкетные данные. Чего ж она раньше молчала? Ну да ладно, мы не в претензии.

— Доброе утро, товарищи, — обвел я взглядом следователей.