По Майстренко – шесть, по Чекчурину – только четыре, – ответил рыжий Дзюба. – В общем, ты сделай, а мы потом сядем с тобой и посмотрим, в каких сферах или местах наши убитые и их прошлые жертвы могли пересечься. Особое внимание обращай на мужчин в возрасте от тридцати до сорока пяти лет, физически развитых и имеющих спецподготовку. Спортсмены, военнослужащие, полицейские, как бывшие, так и действующие. Ну, ты понял. Ведь понял?

– Понял, – кивнул Вишняков.

– И насчет того, что не нужно трепаться об этом, тоже понял?

– Тоже понял.

Не трепаться – это легко, скрытность – вторая натура лейтенанта Вишнякова.

А вот собрать информацию о событиях такой давности… Придется очень постараться.

* * *Александр Олегович Масленков на момент гибели не был женат, проживал со своей девушкой по имени Олеся в недавно купленной квартире, выплачивал ипотеку. Виктор сперва колебался, не зная, с кого начать: с бывшей дамы сердца или с родителей, но рассудил, что родители уже должны быть на пенсии, стало быть, застать их дома намного проще, чем женщину, которая, наверное, работает и вообще активно занимается своей жизнью.

Расчет себя оправдал, мать и отец покойного Масленкова оказались дома.

Когда Виктор сообщил им об убийстве Татьяны Майстренко, мать процедила сквозь зубы:

– Так ей и надо, Господь покарал. Наконец-то!

Отец же сперва охнул и замер, потом укоризненно покачал головой:

– Галочка, что ты такое говоришь! Живой же человек…

– Наш Сашенька тоже был живым, – Галина Сергеевна Масленкова возвысила голос. – Однако же эта тварь его убила. Теперь ее очередь пришла.

Она с вызовом посмотрела на Виктора:"

"– А вы, молодой человек, зачем пришли? Какое отношение мы имеем к тому, что эту мерзавку кто-то грохнул?

– Галя! – Олег Васильевич Масленков метнул в сторону супруги строгий негодующий взгляд.

 – Раз товарищ лейтенант пришел к нам, значит, у него есть вопросы. Давай ответим на них и не будем сейчас выяснять, кто мерзавец, а кто хороший. В конце концов, Майстренко свое отсидела.

– Не свое! – взвилась Галина Сергеевна. – Не свое! Она отсидела меньше года, а мы единственного сына потеряли навсегда! Ты хочешь сказать, что нет никакой разницы? Что несколько месяцев на зоне могут искупить то, что натворила эта алкоголичка, эта гадина? Ты еще скажи, что Сашенька сам виноват… Ты всегда… Ты бесчувственный…

Она махнула рукой и разрыдалась.

Виктор поежился, он пока еще плохо переносил чужие слезы, особенно женские. Выбрал, называется! Пошел бы к той Олесе лучше, она наверняка уже сто раз забыла своего бойфренда и рассказала бы о нем спокойно и без всяких таких эмоций. Да уж ладно, раз пришел – нужно довести начатое до конца.

Виктор подождал, пока Олег Васильевич уведет рыдающую супругу в другую комнату и вернется.