Я расценила это так, что он согласен с моими догадками. У меня началась настоящая истерика. Вроде бы живи и радуйся, ты ведь так давно мечтала о том, чтобы уйти от Юры, а теперь, когда эта возможность замелькала на горизонте, я хочу грызть землю от обиды. Может, это потому, что не я первой шагнула в пропасть, а он?

Чувствовала себя настоящей собакой на сене. В прямом смысле этого выражения. Дура, надо хвататься за возможность изменить жизнь, а я пытаюсь барахтаться и выплыть.

Но почему же меня там сильно задевало то, что у мужа может кто-то быть? Я ведь сама должна быть только рада этому, чтобы без скандала можно было бы расстаться.

Тогда я смогла бы завоевать сердце Алекса и мы бы могли жить с ним вместе…

– Что? Что я еще должна подумать? А?!! – я соскочила с дивана и накинулась на мужа, начав бить его кулаками по груди. – Я, что по-твоему, слепая, что ли? Не смей меня больше обманывать! Я хочу знать правду. – пока я билась в истерике, Юрка прижимал меня к себе, пытаясь сдержать мои удары.

– Ну что ты, девочка моя. Маленькая моя, Анечка. Как ты могла подумать, что я захочу променять тебя на кого то еще?

Его слова звучали максимально убедительно.

На душе сразу же стало спокойно и тепло. Я перестала истерить.

– Тогда расскажи, где ты пропадаешь? И что вообще происходит? – мои силы закончились и я, рыдая, повисла на плече мужа."

"Юра усадил меня на диван, сел рядом и взял обеими руками мою ладонь.

– В общем, я не знал, как тебе сказать, но у меня есть дочь, – не дав ему договорить я снова начала рыдать и причитать.

– Ну, вот же, вот. А ты говоришь, что не изменял мне.

– А я и не изменял. Лере 15, она была рождена задолго до нашей с тобой встречи.

– То есть, спустя семь лет, я узнаю, что у тебя есть дочь?

– Да не ори ты, я сам как раз месяц назад и узнал.

Ее мамашка разыскала меня и теперь устраивает практически ежедневные истерики.

– Ты уверен, что это действительно твоя дочь? Может тебя разводят? Ты деньги им давал? Может это аферисты?

– Я тоже сначала так думал, поэтому первым же делом отправился в клинику вместе с девочкой и провел тест. На 99 и 9 она – мой ребенок. Теперь эта мадам, на правах дочери, устраивает разборки. Пытается сделать для меня “веселую жизнь”. Сначала ей нужны шмотки и телефон, а потом она украла несколько бутылок пива и поэтому поздно вечером, позавчера, если помнишь, я помчался в отделение, вызволять эту…

Я утирала слезы и не могла поверить своим ушам.

Не укладывалось в голове, что теперь мне придется делить своего мужа с какой-то непутевой девкой и ее мамашей.

– Юр, а кто ее мать? Я ее знаю?

– Нет, малышка. Во всяком случае, лично ты с ней не знакома. Мы были однокурсниками. Она была, ну типа девочкой легкого поведения. Хотя, судя по всему, и сейчас ей остается. Да и девчонка в нее пошла. Такая же шалава.