Опасно же… – и спросонья запоздало сообразив о главном (не ради же меня он вместо серенад под окном с обувной коробкой экстремально высоко порхал над землей!), выпалила: – Дашу сейчас подниму!

– Нет! – поспешно качнул головой эятер, отчего его немного повело в сторону на этой странной, висящей в воздухе тонкой опоре, а мое сердце едва не оборвалось от страха из-за его, казалось бы, неминуемого падения. Но обошлось – ловко сбалансировав уже свободными руками, он восстановил равновесие и спокойно добавил: – Не надо тревожить, пусть спит.

Нервно сглотнув, прижимая к груди коробку, истошно закивала, согласная в этот момент на все – только бы он как-то переместился на прочную опору под ногами.

– А как вы… вниз? – на выдохе испуганно спросила я.

– Не переживайте, спущусь. Я с детства полетами на скаэлотах увлекаюсь. Спокойного вам сна, – прощально махнув мне рукой, он плавно стал отдаляться, немного согнув ноги в коленях и совершая вираж за виражом."

"Затаив дыхание, я до последнего вглядывалась в удаляющуюся фигуру отважного мужчины. Вот не представляю, что теперь и думать… Ничего я не понимаю в этом эятере. Неожиданно сообразила, что «окно» в стене затянулось и вновь стало монолитной преградой для бушующего ветра. Фигура Ирьяна превратилась в неразличимую даже для моего усовершенствованного зрения точку. Шумно выдохнув, еще раз поразилась тому, на какую высоту он отважился взлететь, да еще в такую «нелетную» погоду. С трудом заставив тело двигаться, молясь о том, чтобы Ирьян благополучно приземлился, вернулась к кровати. Даша продолжала все так же мирно спать, даже не подозревая о том, что ради нее только что совершили настоящий подвиг. Не больше и не меньше! Эх…

Раскрыв коробку, обнаружила шесть пар обуви, плотно уложенных внутри, – универсальные темные лодочки, простые балетки и удобные полукеды для каждой из нас. Не люби я уже Эльтара, наверное, начала бы за это так необходимое нам сейчас чудо обожать Ирьяна – какие наблюдательность, предусмотрительность и забота! И это в то время, когда мы устраивали на его корабле безумие за безумием. Как бы понять, что там у него в душе творится?! С этой мыслью я снова заснула.

Глава 44

Диана

Весь день прошел в страшной суете. С утра первым делом продемонстрировала шокированной подруге обувь, подвела ее к стене, красочно живописав ночное происшествие. Даша, с испугом посмотрев вниз, верить своим ушам отказалась, но коробка с обувью послужила неоспоримым подтверждением моих слов, да и знала она, что лгать я не буду.

Впечатление на нее это произвело: какой бы невозмутимой она ни казалась, я слишком хорошо ее знала, поэтому внутреннюю растерянность и некоторое смятение отмечала в ее поведении весь день.