"

"Со слезами на глазах Катрин смотрела, забыв обо всем на свете. Эта картина пробудила ее боль, напомнила о безумной атмосфере тех первых дней одиночества. Эти несчастные – это мир человека, которого она по-прежнему любила, обожала и которого будет любить до последнего вздоха.

Обеспокоенная Сара заметила признаки растущего страдания. Быстрые слезинки стекали по бледным щекам, беспрестанно переполняя ее печальные глаза. Она видела, как взгляд Катрин остановился на высоком священнике, одетом в коричневую рясу. Неожиданно цыганка поняла причину такого пристального взгляда.

Это был монах-надзиратель из Кальвие. Безусловно, он привел сюда некоторых больных, чтобы попытаться добиться от святого Меана их излечения.

Но ход мыслей Сары был внезапно прерван: она услышала, что подспудно ожидала, – тревожный крик отчаявшейся Катрин:

– Арно!

Прокаженные обогнули возвышение, на котором находился отряд, и теперь удалялись, но человек, шагавший рядом с монахом в коричневом, высокий и худой, чьи широкие плечи с таким природным изяществом несли свою беду, был не кто иной, как Арно де Монсальви. Катрин не могла не узнать его.

Оцепеневший Макларен еще только подумал задержать ее, а она уже соскользнула с лошади, подняла руками свою длинную юбку и бросилась бежать по снегу. Сара, Готье и брат Этьен, обуреваемые жалостью к ней, бросились вдогонку. Длинные ноги нормандца позволили ему обогнать всех, но Катрин, летящая на крыльях любви, бежала так быстро, что ему никак не удавалось схватить ее: ни снег, ни плохая дорога не могли ее удержать. Она в буквальном смысле летела, и черная вуаль трепетала словно флаг в бою. Только одна, восторженная, сумасбродная мысль была у нее в голове: она увидит его, она будет говорить с ним. Счастливое чувство завладело ее душой, навалилось, словно поток воды, разрушающий дамбу. Ее просохшие блестящие глаза видели только одного человека, того, кто шел рядом с монахом…

Готье понимал ее счастье и знал, что оно не может быть долгим. Что она увидит, когда человек повернется к ней? Разве Арно не изменился за эти долгие месяцы, которые провел в лепрозории? А вдруг она увидит пораженное болезнью лицо? Он ускорил бег и крикнул:

– Госпожа Катрин… Ради бога, подождите! Подождите меня!

Его сильный голос обогнал Катрин и долетел до процессии прокаженных.

Монах и его спутник повернулись к ней. Да, это был Арно! Душа Катрин наполнилась радостью. Неужели свершилось чудо? Неужели они снова вместе? Наконец-то бог сжалился над ней. Неужели он внял ее страстным мольбам?

Она уже различала под капюшоном дорогие черты его лица, по-прежнему красивого и гордого. Ужасная болезнь еще не коснулась их. Еще небольшое усилие, еще немного, и она будет рядом с ним.