Но если ближайший год я не покидала столицу, то…

Мой мозг отключился. Я просто ходила от кабинета до кабинета, что-то подписывала, заполняла. Брала, отдавала."

"— Вот и все, — улыбнулась молодая женщина, в чей кабинет я вошла уже в седьмой раз. — Теперь со всем вот этим вниз, на первый этаж, в кабинет старшего над золотом.

— А где этот кабинет? — охрипшим голосом спросила Тина.

— Если спускаться будете по главной лестнице, то налево до синей стены, потом направо до цветущего в кадке деревца и от него снова налево до самого конца.

Через пару минут мы узнали, что деревце уже не цветет, а медленно погибает от какого-то очень нехорошего, семейного проклятья.

— М-м-м, полагаю, кто-то из крылатых невест не сдержался, — хмыкнула Тина.

— Думаешь, сюда попадает мало несчастных? — вяло удивилась я.

— Думаю, что никто не рискнет сделать замечание одной из тех, что соревнуются за право стать женой Правителя.

Я согласно кивнула и бросила на деревце свое проклятье. Точнее, я бросила проклятье на проклятье. Если деревцу повезет, то оно выживет. Если мне повезет, то мои бега по магистрату закончены.

Щуплый, старый оборотень выдавал деньги так, будто они его личные. Вот держу пари, что он из лисьего клана. Воистину, клан Лис выпускает в мир истинное зло, способное зимой торговать снегом!

— Разорительница, — припечатал оборотень.

В чем-то я с ним была согласна. Мой «девичий капитал» сейчас составляет восемь золотых и я их зарабатывала два последних года!

Конечно, порталы, которые я делаю, стоят куда дороже, чем их удается продать. Но! Чтобы получить право делать амулеты перемещения, мне нужно пройти экзамен и получить личную печать. А чтобы получить право пройти экзамен нужно заплатить аж тридцать золотых!

— Мина, — подруга ткнула меня локтем в бок и я тут же вынырнула из своих мрачных дум, сгребла увесистый мешок с монетами и попрощалась.

Пересчитывать я не стала — на горловине болталась бирка банка, никто мешок не вскрывал, а значит нет смысла терять время.

— Так, теперь направление на заселение, — я вытащила из кармана выданную в одном из кабинетов бумажку и чуть не рухнула, — пять золотых за ночь?!

— Чувствую, спать мы будем за городом, в той самой избушке, — ошарашенно выдавила Тина. — Где они цены такие видели?!

— Потому что кто-то — благороден и не считает презренный металл, — надменно бросила я, воображая себя своей матушкой.

— Ага, а потом ищет себе богатого покровителя, — фыркнула Тина, бывшая в курсе моей жизненной ситуации.

— Ага. Радует одно — нам не придется идти пешком. Пошли забирать дезертиров, а я по дороге амулет сделаю.

— Еды надо взять, — всполошилась Тина.

До моей избушки мы добрались в сумерках. Мрачно пожевали сухомятку — Гамильтон гордо отказался — и расползлись по спальникам.