— Ясно, — произнёс я."

"— И всё? — немного удивился Анри. И видя, что я не понимаю его вопрос: — Я ожидал, что ты будешь недоволен…

— Сейчас самое время начать копить ресурсы. Император нам благоволит, и пока мы не пускаем разумных под нож, думаю он не будет возражать.

— Однако… — произнес Анри. — Оказывается Серек тебя лучше знает, чем я.

— О чём ты?

— Когда поднялся вопрос по созданию накопителей, я был против. Но Серек заявил, что ты поймёшь, что более лучшего времени не настанет, — ответил Анри.

— Твой мозг под другое заточен. И уж извини, что говорю тебе это, но ты не политик! Ты любишь интриги, умеешь просчитывать ходы на несколько ходов вперед. Но ты не ориентируешься в политических течениях…

— Я бы поспорил, — перебив меня сказал Анри. — Однако у нас ещё много других тем для разговора.

— Хорошо, что насчёт переселенцев? — спросил я.

— Нормально. На днях Герек обещал мне принести отчёт от том, чего не хватает для открытия родильного и хирургического отделений. — И видя вопросительное выражение моего лица: — Нужны инструменты, зажимы, скальпели, иглы и даже кастрюли. И я не говорю о том, что ему нужно помимо этого несколько тон материи и хлебного вина.

— Это всё нужно, — согласился я. И сразу спросил. — Что по финансам?

— С этим, слава Стихии, всё в порядке. Как я и сообщал ранее, после первой ярмарки не только торговцы и крестьяне хорошо распродались. Нам удалось продать шафран, сельхоз инструменты, лес и даже немного трофейного оружия, оставшегося от азиатских военнопленных. Это, а также поступления от твоего омолаживания и выручка за дирижабли, выправили наше положение.

— Хорошо. Но учти, что три месяца я никого омолаживать не буду. Хотя… — задумчиво произнёс я. — Если будут сильно настаивать, можешь предложить желающим двойной тариф и на дирижабле отправлять в Хабаровск. Уверен, день я смогу выделить для омоложения самых нетерпеливых.

— И богатых, — поддакнул Анри.

Я улыбнулся.

— Разумеется!

Закончили разговор, когда уже было затемно. На душе было так хорошо, что я не стал выводить из крови алкоголь и пошёл в свой дом, в котором слуги должны были подготовить мою спальню ко сну.

— Ты долго! — с порога услышал я голос Аяны.

— Не переживай, мамочка, со мной всё в порядке. — Такое обращение сильно не понравилось Хрущёвой. — А где Афина? — тут же спросили я.

— Она у Балакиных. После того, как ты её исцелил, она ещё не просыпалась.

Я кивнул, после чего пошёл спать.

Когда я зашёл в спальню, то был удивлён тем, что в ней не оказалось рабыни. Немного подумав, даже обрадовался тому, что смогу немного отдохнуть. И после водных процедур, я уснул.

Проснулся я от шума, раздававшегося с первого этажа. По голосу я узнал, что кричит Зес.