Отчаяния от того, что Марк далеко. Потому что осознаю чётко, что если бы он был рядом, я бы позволила себе сделать всё то, о чём он говорил. Отдала бы не только своё сердце и душу в его полное распоряжение, но и тело, которое всегда предавало свою хозяйку, стоило только Марку оказаться рядом. — Знаю, что ты будешь прикрывать рот ладошкой, чтобы заглушить свои сладкие стоны. Но я свяжу твои ручки над головой. Ты будешь умолять меня взять тебя. Будешь сгорать от желания почувствовать мой член в себя. Будешь просить меня войти в тебя. И возможно я дам тебе то, что тебе так нужно… Но сначала ты кончишь от моего языка… А потом… — Боже мой.

Боже! Всё моё тело пылает в странном огне. Низ живота тянет. Горит. Печёт. Грудь наливается, и меня трясёт. Трясёт мелкой дрожью. Я даже представить не могла, что Марк может желать меня настолько сильно. Не смотря на то, что слова были порочными, каждое из них было пропитано… любовью и нежностью. Ко мне. К нелепой рыжеволосой девчонке. — Скажи, моя маленькая, ты уже мокренькая? Или может ты сейчас ласкаешь себя пальчиками, слушая мой голос и представляя, что я рядом? Скажи, малыш…

— Придурок, — разве можно такое предположить? Это ведь так грязно и порочно! Такими вещами нужно заниматься только с любимым человеком.

 — Ты такой придурок, Марк. Решил подразнить меня? Значит, любишь секс по телефону? Ладно!

Сбрасываю вызов, разозлившись на него и на себя. У него там невеста, а он мне секс по телефону устраивает. Вбиваю в поисковике сайты, которые предоставляют подобные услуги и размещаю номер Марка на одном из них, даже не заметив, что сайт был… с подвохом. Такое я бы делать не стала.

Это слишком подло.

Выполнив очередную мелкую пакость, которая заставила меня хихикать и потирать руки в предвкушении реакции Марка, пошла в магазин за продуктами по просьбе тёти Оли. Женщина была сегодня расстроена и прятала от меня покрасневшие от слёз глаза. Я с трудом сдерживала себя от того, чтобы спросить её о сегодняшней ночи. Удалось ли им помириться с дядей Глебом или нет? Ведь измену прощать тяжело. И я понятия не имею, смогла бы я простить Марка, если бы после двадцати лет совместной жизни он переспал с другой.

У подъезда столкнулась с Лешей, который, как оказалось, жил двумя этажами выше.

— Поговорил со своей недоступной принцессой? — с улыбкой спросила я, опуская пакеты с продуктами на скамейку.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Да, — Лёша улыбается, сверкая ямочкой на щеке. — Я сделал ей предложение. Через месяца два свадьба. Пока точно не определили дату.

— А-а-а, — взвизгнула я и бросилась к нему в порыве радости на шею.