Если спросят, скажу – это капли дождя, а не слезы на моих щеках

Мое сердце буквально кричит: – Влад! Пошел к черту! Ненавижу тебя и не прощу!

– Сейчас вызову такси, и поедем… – лепечу едва слышно, доставая телефон.

– Не хочешь позвонить мужу? -спрашивает Ариша. И я смотрю на нее так, что она всё понимает. Осекается.

Вызываю детское такси для себя и для Арины.

Сердце разрывается от боли, обиды. Злости на себя. Что не проследила, не взяла на контроль! Дождь усиливается, а мои малявки прилипли носами к стеклу низкого окна и жадно вглядываются внутрь помещения.

Слышу свое же рваное дыхание и странно звучащий голос:

– Ада, Ева, мы едем домой.

Всё это время Гриша – сынишка Арины стоит молча под маленьким зонтиком, лишь изредка тяжело вздыхает, понимая, что праздника не будет!

Подруга подходит, шепчет на ухо:

– Поехали в «Му-Му» или в ближайший «АндерСон». Там есть детский уголок. Дети поиграют на батутах. А я съезжу в ближайший магазин, накуплю подарков. Побольше. А с девчонками из чата посидим в другой день.

– Арина, ты золото! – давлю в себе горькие всхлипы, расплываюсь в улыбке.

Няня давно накинула на девчонок куртки и раскрыла над ними большой зонт. Но это не помогло!..

С ужасом наблюдаю, как волнистые волосы близняшек превращаются в беспощадные кудри.

Какой ужас!"

"Ева – модница, терпеть их не может. Если увидит себя в зеркале, начнет рыдать. Ада – ещё та болтушка, может назвать её барашкой!

Есть такая особенность у дочерей – кудрявые волосы! И когда на улице сыро, выпрямлять волосы бесполезно.

Не знаю в кого они у меня такие. Моя мама говорит, что в прабабку. И глаза якобы у матери моей бабушки были карими, похожими на янтарь.

Слабо верится. Наверное, она это придумала, когда кривотолки пошли гулять по родственникам – якобы дети не похожи ни на маму, ни на папу…

Я внимания не обращала. Как оказалось, зря! Если бы знала к чему приведут разговоры, придушила бы сплетни в зародыше. Я мягкая, пушистая, но ради своих девочек готова на всё!

– Вы ещё здесь? – дверь кафе неожиданно открывается, и на пороге возникает высокая фигура Демида. А за ним маячит женская. – Заходите. Оливия решила, что наш праздник может потесниться! – сообщает радостно мужчина.

Боль притупляется, оставляя место лишь удивлению. Праздник у моих детей состоится благодаря чужим людям! Даже не знаю, как расплачусь с ними за это.

Пока же безмолвно плачу от счастья.

Демид замирает на мгновение, глядит на моих девчонок. Улыбается:

– Когда они успели превратиться в барашков? – и трепет подскочившую к нему Аду по головке.

Ой-ой! – вскидываюсь. Жду, когда моя кинется в слезы.

К моему изумлению, она кусает чуть пухлые губки, подпрыгивает на месте, орошая всех вокруг водой из лужицы.