Я проплыла по купели туда и обратно, после чего вырулила к бортику, где меня уже ждал Эрик.

Очень симпатичный и мужественный в форме лейтенанта. Я знала, что парень страшно смущается, но, по нашей договоренности, виду он не подал. По крайней мере, старался не подавать.

Так как никакой лестницы у бассейна не было, то он, галантно склонившись, помог мне выбраться из воды.

Изящным жестом я откинула волосы назад и улыбнулась гостям, но особенно — жрецу Оркусу с первого ряда.

Тот вообще сидел, весь красный, как вареный рак, и прикрывал глаза ладошкой.

Эрик вручил большой букет белых лилий и у всех на глазах поцеловал мне руку.

Нужно было видеть лицо Грэма, нужно было видеть!

ТАКОГО муженек явно не ожидал!

И уже не важно было, узнал ли он во мне тогда Виолу, или моя новая внешность была для него полной неожиданностью. Главное, что я все сделала правильно.

Грэм, бесцеремонно расталкивая народ, принялся пробираться ко мне сквозь толпу. Но немножечко не успел, ведь я была к Оркусу ближе.

— Господин верховный жрец, — обратилась к мужчине. — Прошу о разрыве моей брачной ленты с Грэмом Фрейзером и возвращения мне девичьей фамилии Шатопер.

— Я не даю согласия на развод, — жестко прозвучал уверенный голос Грэма.

Он стоял передо мной, такой красивый в своей темно-зеленой форме адмирала и метал громы и молнии.

Вода искрящимися каплями стекала с моего тела и волос.

Сейчас все, не только Грэм, смотрели на меня.

А мне того и надо было!

— Я не дам тебе развод, даже если земля и небо поменяются местами, если иссохнет все море, а горы полетят по ветру, как пыль, Виола Фрейзер, — сквозь зубы процедил Грэм, не сводя с меня пламенного взгляда.

— Боюсь… — медленно начал жрец семейного храма.

 — Боюсь, что в данном конкретном случае, ваша жена имеет право на развод.

Вот так вот!

Выкуси, дракон мерзкий!

Я разведусь с тобой! Уже почти развелась!

— Какого морского дьявола? Ведь нужно мое согласие…"

"Видно было, как жрецу не хочется идти против адмирала, как бы он не хотел все замять и сделать так, как нужно Грэму.

— Ваша жена опозорила вас при свидетелях, а значит, вы или она имеете полное право на разрыв вашей брачной ленты в одностороннем порядке, — с сожалением сказал жрец.

— Я не считаю это позором! — рявкнул Грэм.

 — Она всего лишь продемонстрировала…

Гости конкурса, которые собрались вокруг нас и теперь, затаив дыхание, ловили каждое наше слово, ахнули и загалдели на разные лады.

Причем, как я услышала, мнения были диаметрально противоположными — от «позор» до «а может, в этом и впрямь удобно купаться?».

— Свое практически обнаженное тело, тем самым пойдя против устоев нашего высшего общества, — чуть прикрыв глаза, скорбно сообщил Оркус. — Разрыв брачной ленты состоится завтра в семейном храме.