Всё ли в порядке?"

"Кивнула Меланье – та мигом унеслась в кухню, греть новый чайник. Так, кажется, к вечеру нужен пирог. Или завтра с утра затеяться и постряпать пирогов, а на вечер народ позвать?

- Милостью господней – да, - кивнул тот. – Успели, в самый последний момент успели. Теперь только ждать – пока лёд встанет да окрепнет. Как ты тут, матушка?

- Благодарю, всё хорошо. Уже. Была заварушка, но господин генерал всех спас.

- Ульянка что-то успела сказать – мол, ты своими ножками белыми сама на ту гору ходила, в каменную крепость, - купец смотрел пристально.

- Да, пришлось. Заодно вот в гостях побывала, - отмахнулась я, мол, пустяки, дело житейское. – Теперь у нас тут сторожевой пост, ни один враг не пробежит. А ты располагайся, Демьян Васильич, да рассказывай – где был, что видел.

- Расскажу, как же без того, - не стал спорить купец. – Но сначала ты вот взгляни. Исполнил я твою просьбу, уж как смог, так и исполнил, сама погляди и Марьюшку Яковлевну тоже кликни.

Марья прибежала, руками всплеснула.

- Ой, что это там, господин Васильчиков?

- А вот погляди, матушка Марья Яковлевна, - купец с удовольствием взялся за тюк, связанный верёвкой, развязал узел, развернул плотную ткань, в которую было упаковано содержимое, и мы увидели ещё несколько свёртков.

- Так, начнём с ног, ноги следует держать в тепле. Ноги не замёрзнут – и сами не замёрзнете. И, думаю, поинтереснее будет, чем валенки-то.

Демьян развернул ближайший свёрток и достал оттуда пару унтов – серо-коричневых, в верхней части орнамент был собран из мелких кусочков кожи и замши разных оттенков и разной фактуры. Выглядело красиво.

- Это, Марьюшка Яковлевна, для вас, - и протягивает с поклоном.

Марья моя только что рот не разинула.

- Что? Мне? Да куда мне такую красоту?

- На ноги. Бери да надевай, - улыбнулась я. – Сама уже, наверное, поняла, что здесь без тёплой одежды, как при дворе без платьев и бриллиантов.

Я опасалась, придутся ли впору, но – пришлись. Марья смотрела то на свои ноги, то на меня, то на Демьяна, разевала рот и тут же закрывала его обратно.

- Вот и славно, - улыбнулся Демьян. – Шапочку тебе, Марья Яковлевна, тоже привёз, прими.

Шапка была серая, островерхая, с небольшой кисточкой на макушке. Марьюшке она оказалась к лицу просто необыкновенно.

- Спасибо, - она смотрела на себя в зеркало, которое я сунула ей в руки. – Как же так, откуда ж такая красота с богатством?

- Как же, Женевьева Ивановна позаботилась, - купец продолжал распаковку посылки. – Но ты ведь понимаешь, матушка, что это ещё не всё?

На свет из свёртка появился аккуратный светлый тулупчик – длиной до колена, приталенный, мехом внутрь, петли навесные, пуговицы костяные. Красивый. И тёплый, я думаю, если мне достанется такой же – буду рада без памяти.

- Ничего себе, - прошептала Марья.