Пока поднялся в мою гостиную по лестнице, чуть не задохнулся. Наверное, в седло сесть не может, только в экипаже и ездит. И что, вот с ним жить жизнь?

- Раз уж вы снизошли до того, чтобы поговорить со мной, скажите – для чего вам этот брак? – спросила я, глядя ему прямо в глаза.

- Как же, если за меня отдали девушку из древнего магического рода, значит, я чего-то стою, - усмехнулся он.

- Только девушка из магического рода теперь вовсе не маг, и как маг ничего не стоит, - я не сводила с него глаз.

- И кто об этом знает? Для всех вы перенесли тяжёлую болезнь, да и только. Это объясняет все ваши нынешние странности. Опять же, ваши дети могу унаследовать способности.

- С чего бы, теперь-то? И не мечтайте, - усмехнулась уже я.

Я не могла знать этого точно, потому что не очень понимала, что именно сделал со мной граф де Реньян. Но у живого и здорового мага не всегда удавалось передать силу детям, что говорить об увечной мне!

- Помечтать-то я могу, - он тоже не сводил с меня глаз. – Ваша внешность не пострадала. А если вы не сможете применять против меня силу, мне же лучше.

- Интересно, для чего же мне было бы нужно применять против вас силу? – сощурилась я.

- Мало ли, что взбредёт в голову взбалмошной девице!

- Хорошего же вы мнения о невесте.

- Я достаточно плачу семье этой невесты, - жестко сказал маркиз. – И желаю получить в ответ такую жену, которая бы устроила меня полностью, понятно?

- Понятно, - сказала я вслух.

И подумала про себя – готовьтесь к подводным камням и скрытым течениям, господин маркиз.

5. По-соседски"

"Метель закончилась, и на несколько дней установилась отличная погода – ясно, безветренно, и – холодно, изрядно холодно. Ну не знаю, минус двадцать пять? Термометров-то не изобрели. В общем, без нормальной зимней одежды было невесело.

Соседи мои переоделись в овчинные тулупы и валенки, и меховые шапки – это мужики, а бабы – в пуховые платки. Потому что, ну, а как иначе-то? К нам по установившейся погоде заглянула Федора Феоктистовна с невесткой, и как раз принесла в подарок два белоснежных пуховых платка, таких, как положено, тонких, ажурных и лёгких, и две пары валенок. Мы с Марьюшкой примерили – годится. Не люблю валенки, с детства не люблю, но что делать? Зато тепло.

- Ну, доху сама себе добудешь, - усмехнулась местная гранд-дама.

- Да вы что, Федора Феоктистовна, я и так благодарна вам от всей души! – поклонилась я.

- У меня ещё есть, а тебе нужнее, - отмахнулась та. – Было бы столько внучек, сколько внуков – то понятно, а у нас девонька-то одна всего, и ту отдали, - вздохнула Федора.

- Ну так жизнь идёт, - поддакнула я. – Всем нужно идти дальше.

- Верно говоришь. А пироги у тебя добрые, и блины, - кивнула та. – Ладно, Ирина, пошли. Нечего тут людей от дел отвлекать.