Он лежит на моей подушке, повернув голову в мою сторону, и как будто ждет моего решения.

Неужели ему не все равно, реши я просидеть в кресле всю ночь? Ведь я его не спрашивала, когда привезла сюда.

— Я оставлю ночник, ты не против? Вдруг тебе станет хуже или захочется встать.

— Как хочешь, — не протестует он. — Но насчет последнего — это вряд ли."

"Кровать вообще-то не двуспальная, но достаточно широкая, чтобы одному человеку было комфортно на ней спать. И здесь точно можно уместиться вдвоем.

— Только я подвинуться не смогу, Уилсон, — тихо предупреждает Палмер. — Моих сил хватает лишь на то, чтобы не стонать и ворочать языком.

— Не надо. Мне хватит места.

Если волосы не убрать, они на утро разметаются по подушке во все стороны, поэтому я подхожу к туалетному столику и собираю их на макушке в мягкую пальмочку. Снимаю свиншот и остаюсь в спортивных брюках и короткой футболке. Вполне приличной на вид, но под наблюдающим взглядом Палмера вдруг кажется, будто я разделась по-настоящему.

Странное чувство, и совершенно незнакомое. С чего бы вдруг ему снова меня рассматривать? Надо взять себя в руки и успокоиться, просто ситуация странная для обоих, вот и все.

Я остаюсь в этой одежде, беру еще одну подушку из шкафа и подхожу к кровати. Устало выдохнув, Мэтью отводит взгляд в потолок, пока я приподнимаю одеяло и ложусь с ним рядом на спину. Тихо замираю, боясь пошевелиться.

— Уилсон, дыши. Если твое сердце остановится, я вырублюсь при первой же попытке сделать тебе искусственное дыхание. Представь, что ты — моя сестра.

Проходит еще несколько минут в тишине, прежде чем Мэтью ворчливо чертыхается, словно сам себе:

— Хотя, какого бы черта я спал со своей сестрой?

Это действительно не объяснение, и я шепотом пытаюсь предположить:

— Возможно, вы оказались с ней на единственном клочке суши в какой-нибудь Амазонии, где все вокруг затопила вода. Тебе придется лежать со мной всю ночь.

— Уверен, я с этим справлюсь. А ты?

— Ну, если я хочу выспаться и не быть съеденной хищными аллигаторами, то… да.

— Я буду отвлекать их на себя запахом свежей крови, чтобы они не мешали тебе спать. Спокойной ночи, Уилсон.

— И тебе, Мэтью.

Палмер тихо окликает меня спустя какое-то время, пока мы оба лежим с открытыми глазами и смотрим в потолок:

— Уилсон?

— Да?

— Вряд ли я скажу это еще раз, но… спасибо. Сегодня ты сделала для меня больше, чем я того заслуживаю.

О-у, это признание дорогого стоит, и я даже не сразу нахожусь, что ответить.

— Не за что. Мне кажется, ты заслуживаешь гораздо большего, чем о себе думаешь.

Когда он не смотрит в глаза, говорить с ним гораздо легче.

— Ты просто не знаешь меня.

— Тогда открой о себе один секрет, и я узнаю тебя лучше. Обещаю сохранить его в тайне.

Он долго молчит.