И как вовремя!

Осталось научиться не так открыто намекать о своих желаниях и не считать других идиотами, и можно даже не выглядеть таким придурком!

— Что, Шон, хочешь попасть на центральное фото? — не могу сдержать едкую улыбку. — Наверное, уже представил, как через двадцать лет будешь показывать его своим детям и делиться собственной историей успеха? Я угадала? Ну, и чья это была идея, твоя или Харта — подкатить ко мне?

— Что? Черт, Эшли, — искренне удивляется парень, проводя рукой по волосам, — конечно, нет! Я просто подошел поговорить. Мы ведь с тобой друзья!

Даже моим подругам надоел этот цирк, а мне и подавно. Как же меняет людей популярность — прошло всего полгода, как моего бывшего парня выбрали капитаном «Беркутов», а он уже больше не тот приятный Шон, каким я его узнала.

Именно поэтому сказать ему совсем не трудно. Напротив, очень хочется, чтобы он услышал:

— Мы не друзья с тобой, Рентон. Давно нет! Просто не замечай меня, окей?

В эту минуту к ним подходят их девчонки — моя сводная сестра с подругами, и, заметив нас, Кейт тут же вешается своему парню на шею.

— Не поняла, мальчики. Что вы забыли возле этих неудачниц? Они же скучные, как мумии и такие же неприятные!

Брюс Броуди под шумок уже улизнул, и нам в этой компании тоже делать нечего. Эмбер после поцелуя все еще сбита с толку, мне больше говорить с ними не о чем, поэтому отвечает Триша:

— Неприятные? — округляет она свои миндалевидные глаза и, громко фыркнув, демонстративно упирает руку в красной перчатке в бедро. — Интересно, тогда почему на дохлых мумий здесь похожи вы, а не мы? Пойдемте отсюда, девочки! — обращается к нам с Коуч. — Оставим мумий их археологам, они друг друга стоят!

Мы уходим в женский туалет и помогаем Эмби бумажными салфетками оттереть куртку от краски, которой ее измазал Граймс. Обсудив между собой Кейт с подругами, потихоньку начинаем хихикать, вспоминая поцелуй подруги с Броуди. Она все еще смущена смелостью Брюса, но ей и самой смешно, как здорово получилось уесть Хью, и вскоре к нам вновь возвращается хорошее настроение.

Праздник продолжается, все веселятся, и мы выходим в зал. Возле диджей плейса уже начинает скапливаться народ, там начались «ужасные» конкурсы, так что вечер Хэллоуина в самом разгаре.

— Сладость или гадость, моя пакость?

— Конечно, сладость! И не вздумай меня измазать, Джейк, мы только что насилу отмыли Эмбер! — вскрикивает Триш, когда Финли подкрадывается к своей девушке и ловит ее в кольцо своих рук, поворачивая к себе. — Только давай обойдемся без конфет, у меня все равно их с собой нет.