— Мне больше не нравятся зеленоглазые блондины, девочки! Пусть убирается к своей зануде Кейт! Мне нравятся опасные и горячие брюнеты!

— Х-ха! Они всем нравятся, — догадывается, о ком, Эмбер, и довольно кивает, оглядывая меня: — Я давно говорю, что фигура у этой рыжей малышки на миллион! Худосочной Кейт только помечтать! Детка, — снимает она меня на телефон, — завтра же обращусь к грымзе Моран с требованием разрешить Уилсон ходить в школу в купальнике! Какая идеальная задница!

— О боже, Эмби! Замолчи!

Я отбираю у подруги телефон, хохочу, и тоже наставляю на нее камеру, пока Триша надевает на себя накидку в стиле «Сто один далматинец» и смеется.

— Лучше покажи, что приготовила на вечеринку, девчонка-хулиганка!

Специально для вечеринки Эмбер выкрасила половину своих косичек в синий цвет, вторую половину оставив розовыми. Поправив высокие хвостики и черные латексные шорты, девушка кокетливо кладет бутафорскую биту на плечо и проводит пальцем по гриму, сильнее его размазывая.

— Как всегда, для врагов — все только самое лучшее!

***На вечеринку в клуб мы едем в машине Эмбер, всю дорогу распевая песню Майкла Джексона «Триллер»: «Девочка, это триллер. Ночь триллера. Так что позволь мне крепче обнять тебя…», и пугая друг друга дерзкими рожицами.

Перед клубом на парковке полно машин, но нам удается кое-как припарковаться и даже найти удобное место у выезда. Выбираясь с заднего сидения, Триша предупреждает нас, чтобы мы не вздумали выдать ее и проболтаться Джейку о том, что в курсе их секса. Иначе она нас убьет, потом воскресит, а потом еще раз грохнет с особым удовольствием!

— Ой, перестань! Да он наверняка уже сам всем друзьям растрепал, что больше не девственник! — смеется Эмбер, закатывая глаза. — Так и вижу, как Финли сидит с телефоном в туалете и звонит всем по очереди. Роб, ты в курсе, что я уже мужик? — старательно копирует голос Джейка. — Дерек, а ты в курсе? Значит так, рассказываю…

Триша сквозь смех визжит и бросается на Эмби, а я хохочу. Хэллоуин — неповторимый праздник с только ему присущей атмосферой, и настроение у всех замечательное."

"Ярко-желтые тыквы, летучие мыши и оранжевые фонарики. Ростовые картонные фигуры монстров на стойках — от Эдварда Руки-ножницы до семейки Адамсов. Наклейки призраков на стенах и нарисованные черепа. Я была в «Лихорадке» лишь однажды — прошлой весной с Шоном, и тогда клуб показался мне вычурным и не самым приятным местом. Сегодня же здесь все иначе.

А может, просто я стала старше.

В клубе не только молодежь из нашей школы. Здесь много старшеклассников из школ Линкольна и Джефферсона, все в костюмах и гриме, так что, где свои, а где чужие, сложно разобрать.