Последняя угроза подействовала, и растение притихло. Я тяжело вздохнула. Надолго ли?

Практически следом за мной спустился и муж. Сонный и недовольный.

– Зачем нам вообще куда-то идти? Остались бы дома и провели время друг с другом.

А я смотрела на своего адмирала с улыбкой и думала, как мне с ним хорошо.

– Ну как же? Мы должны пойти.

– Почему? – насторожился Наран.

– Должна же я побывать на нормальной свадьбе и посмотреть, чего я оказалась лишена.

Муж с беспокойством посмотрел на меня, но я не выдержала его взгляда и улыбнулась. На мгновение закатив глаза, Наран отправился одеваться, и я – следом за ним.

Всю дорогу муж ворчал по поводу нашей поездки, а я беспокоилась о том, что Гоша дотянется до холодильника. Кажется, я забыла его запечатать. Но не успел Наран разойтись в своем ворчании, а я подумать, что делать с растением, как машина остановилась, ознаменовав этим тот факт, что мы прибыли.

Сначала состоялась регистрация – она ничем не отличалась от той, что была у нас с Нараном, только жених с невестой выглядели очень нарядно. А потом начался банкет. В общем, посмотрев на все это со стороны, я пришла к выводу, что не зря отказалась от празднования.

И тем не менее я являлась побратимой невесты, поэтому моими тостами затыкали все паузы. Это был кошмар, и к тому моменту, когда молодожены отправились домой и можно было откланяться, я оказалась выжатой, как лимон.

Освободившись после очередной речи, я направилась отлавливать мужа и нашла его рядом с отцом Джима. Ну, конечно, они же бывшие одногруппники!

Увидев меня и обхватив за талию, муж спросил:

– Алекс, ты знаком с моей женой?

Папа Джима был высоким, темноволосым, голубоглазым, импозантным мужчиной. Он взглянул на меня с улыбкой и пожал руку.

– В самом начале нас представляли. Я так понимаю, вы побратима Жени?

– Да, – пробормотала я, не зная, что еще сказать.

– Кто бы мог подумать, что мы станем с тобой дальними родственниками? И… – Отец моего друга смолк на полуслове.

– И кто бы мог подумать, что я женюсь на своей студентке, которая прилично младше меня? Ты ведь это хотел сказать? – приподняв бровь, спросил Ремарк.

Но папа Джима совсем не смутился и, опять широко улыбнувшись, ответил:

– Именно это. Не обращайте внимания, Феоктиста, это наши старые шутки."

"– Да я не против совсем, но, думаю, вам придется продолжить шутить в другое время. Мне не терпится поскорее отсюда сбежать!

И, не дай бог, меня опять к чему-нибудь привлекут!

Алекс Крофт же в это время с тоской взглянул в другой конец зала, где его жена получала от свадебного мероприятия истинное удовольствие, и пробормотал:

– Жизнь не ровна!

А мы с мужем рассмеялись и, извинившись, направились домой, где нас ждал сюрприз – листья у Гоши были бордового цвета.