Они вручат нам карточки и внесут в списки, чтобы мы смогли спокойно перемещаться по судну.

— А, да? — выдыхаю я с облегчением и картинка перед глазами моментально восстанавливается.

Как-то я сразу не обратила внимание на то, что мужчины одеты в куртки с вышитой на спинах эмблемой ""Александрия"". Именно такое название носит лайнер.

Шах спрыгивает с вертолёта на площадку, затем помогает мне выбраться на улицу. К нам сразу же сбегается персонал лайнера, окружив нас как стая голодных гиен.

— Катерина и Демир Руссо? — спрашивает один из них у меня, держа перед собой электронную планшетку.

— Что? — моргаю я в недоумении, искоса поглядывая на своего невозмутимого попутчика. — Мы не....

— Катерина Руссо и Осман Коч, — выпаливает Шах без запинок, опережая меня, пока я не сдала нас с потрохами. Я ж не знала, что мы и здесь конспирируемся. — Демир Руссо прилетит чуть позже.

— Где ваш багаж?

— В каютах.

Мужчина помечает что-то у себя в планшете, затем на наши шеи вешают именные магнитные карточки, а дальше всё происходит как в тумане. Я не успеваю опомниться, как вертолёт уже поднимается ввысь и улетает, скрываясь в темноте ночного неба.

Шаху вручают какие-то буклеты, затем он получает инструкции о местонахождении наших кают, о мерах безопасности, после чего члены экипажа разбредаются кто куда. Шах не принял предложение проводить нас до кают, сославшись на то, что нам необходимо подышать ещё свежим воздухом.

— Шах, я не могу поверить. Неужели это всё? — проговариваю я с одуховторённой улыбкой на лице, едва шевеля обветренными губами. — Неужели Рифат остался в прошлом?

— Похоже на то, — отзывается он почти неслышно.

В реальность происходящего и впрямь верится с трудом. Казалось, я получила то, о чём грезила последние полгода. Сбылось моё самое сокровенное желание, но я не могу поверить своему счастью. Для полного счастья мне определенно чего-то не хватает, а пока это чувство какое-то неполноценное."

"Я смотрю в небо, пристально разглядываю линию горизонта под туманной дымкой и размытые очертания гор вдали. Там я ищу малейшие намёки на мигающие огоньки, а их всё нет и нет.

Ветер срывает мой капюшон, развеивает волосы. Я пошатываюсь из стороны в сторону, поскольку то ли от пронзающего холода, то ли от усиливающейся тревоги я не чувствую ног.

Я ни на миг не могу заставить себя успокоиться. Головой соображаю, что всё наконец-таки позади, но что-то не даёт мне расслабиться и в полной мере распробовать вкус свободы.

Шах отвлекает меня от бесцельного разглядывания пугающего чёрного неба. Он подхватывает меня под руку и мы спускаемся по металлической лестнице на нижнюю палубу, где мне становится значительно теплее, но не везде.