Ноа пошел к сестре, пару минут посмотрел мультфильм, а потом вернулся к нам. Залез на стул напротив мистера Мастерса и начал прожигать того взглядом. Сначала Ноа ерзал на стуле, привлекая к себе внимание, потом стучал ладошками по столу, а затем не выдержал:

― Колин, а какая у тебя машина?

― «Ауди», ― спокойно ответил тот. Меня вообще поражало, как он разговаривал с Ноа. Словно со взрослым.

― А какого она цвета?

― Ноа, милый, ты не хочешь вернуться к мультфильмам? ― Мне почему-то было до ужаса неловко, что племянник пристает к моему боссу.

― Нет, ― коротко ответил неугомонный малыш.

― Черная, ― ответил Мастерс, не обращая внимания на мои попытки отправить Ноа к телевизору.

― А у тебя есть дети?

― Нет.

― Почему?

Мистер Мастерс пожал плечами.

― Наверное, потому что у меня нет жены.

― А твоя жена умерла, как мои родители?

Мы с боссом замерли. Я медленно переводила взгляд расширенных глаз с племянника на Мастерса и обратно. Возможно, мне стоило вмешаться, но я этого не сделала, у меня просто отняло речь.

― Нет, Ноа, у меня ее никогда не было, ― спокойным тоном произнес босс. ― И мне жаль твоих родителей.

Ноа кивнул, потом опустил взгляд на свои руки на столе и задумчиво посмотрел на них. Он просидел так пару минут, и я решила, что племянник потерял интерес к беседе, но потом внезапно выпалил:

― Если ты не женишься на Милане, нас завтра заберут и увезут в страшный дом, где бьют детей! А еще там нет конфет!

― Ноа! ― выпалила я, покраснев, как только вспомнила о своей просьбе, которую еще недавно произнесла в кабинете Мастерса.

Над столом повисла тишина. Ноа смотрел на Мастерса, тот ― на меня, а мой взгляд прожигал племянника. Краем глаза я видела, что Мастерс изучает мое лицо, но не повернулась.

― Ла-а-адно,― протянул Ноа, сползая со стула.

― Откуда ты знаешь, что вас заберут? ― неожиданно задал вопрос мистер Мастерс.

― Лане сказала та тетя, которая съела мое печенье.

― О, господи, ― выдохнула я и зажмурилась.

Ноа, как ни в чем не бывало, развернулся и пошел к Вики. Я открыла глаза и смотрела, как он устраивается рядом с сестрой, а та обнимает его и целует в макушку. У меня на глаза навернулись слезы от осознания, что завтра вечером я буду в этой комнате одна, выть от отчаяния и боли от образовавшейся в душе дыры, потому что их рядом не будет. Еще больнее было от понимания, что они не смогут взять вкусняшку тогда, когда захотят, не смогут посмотреть мультфильмы, никто не прочитает им сказку на ночь и не подоткнет одеяло, не подует на разбитую коленку.

― Вы плачете, ― тихо заметил босс, и я торопливо вытерла щеки. Сама не заметила, как покатились слезы.

― Простите. Я уже заканчиваю, ― опустила голову и замутненным от слез взглядом старалась сосредоточиться на тексте.