— Ты не понимаешь? Бабушка никогда мне не позволит… И Денис… И сам Влад… Он же сбежит! Как только узнает, что я калека, сразу сбежит!

Ева плачет, и я совсем не знаю, как её утешить. Но есть одно, что я просто обязана ей сказать.

— Ев, ты помни, главное, что ты — удивительная, красивая девушка. Если кто-то этого не понимает, это исключительно его проблемы. Ты обязательно встретишь парня, который будет любить тебя такой, какая ты есть. И ты полюбишь его. И несмотря ни на что вы будете вместе.

— Как вы с Денисом? — Вытирая слёзы, спрашивает девушка. — Вы же любите друг друга? Вот так, как ты говоришь? Несмотря ни на что?

— Ох, это сложно, — улыбаюсь ей.

— То есть, — протягивает она, — ты пытаешься убедить меня в том, во что сама не веришь?

Блин! Как же это сложно!

— Я хочу сказать, что я верю в это. Реально верю. Но в отношениях всегда участвуют двое. Я могу отвечать только за себя. Не за него. — А вот теперь я и сама запуталась. — Я хочу сказать, что если Денис не разделяет моих чувств, то мои желания бесполезны.

— Правильно ли я поняла, Лукерья, — вглядывается она в мои глаза, — если Денис любит тебя и хочет быть с тобой, а ты — хочешь того же, то вы останетесь вместе, что бы ни случилось?

— Полагаю, что так, — подтверждаю кивком.

— Это мне подходит, — веселеет она.

— Ну и хорошо, что ты это понимаешь. Так и должно быть в отношениях. Баланс какой-то. Гармония.

— Ага. Любить и прощать друг друга.

— Именно.

— Теперь, думаю, я поняла. Обещай, что не забудешь об этом разговоре. И, в случае чего, напомнишь мне.

— Хорошо, — смеюсь я. — Не забуду.

Мы дурачимся, пока я замешиваю тесто на пиццу. Лина больше мешает мне, чем помогает, но я рада, что она отвлеклась от грустных мыслей.

Римма Германовна тоже сидит рядом с нами, смеётся над шутками Лины, которые девочка читает нам в интернете.

— О, а вот эта вообще смешная, — говорит Евангелина. — Каждый раз, переписываясь с друзьями, не забудь передать привет своему личному фсбшнику.

Мы взрываемся от смеха, а свекровь вздыхает."

"— Прости, бабуля, — Лина сдерживает улыбку. — Я знаю, что это запрещённая шутка, но очень смешно.

— Запрещённая? — Непонимающе спрашиваю у девочки.

— Не бери в голову, — отмахивается Ева. — Бабушка не любит, когда смеются над этой организацией.

— Лина, это не потому, что бабушка не любит, — возражает Римма Германовна, — а потому, что бабушка уважает память дедушки.

— Да-да, — цокает девушка, — дед сам всегда рассказывал мне эти шуточки.

— Давай уже раскладывать начинку, — перевожу тему, лишь бы не злить свекровь.

— А давай!

Мы успеваем и приготовить два варианта пиццы, и испечь печенье, когда у меня пиликает телефон.