– О! Леди!

– Это что за явление? – спросила Оксана. – Мужики голые… И правда, сон в руку.

– Американец, – успел шепнуть Мыкола.

– Мистер Волков! – заспешил переводчик. – Представьте меня этой прекрасной леди!

Тот слегка смутился и скомкал важный момент:

– Это Джон, американец… То есть мистер Странг…

– Чего он тут голый вылупился? – грубо спросила Оксана и отвернулась.

– Он из бани!

– Как же зовут очаровательную леди? – приставал переводчик. – О, я покорен вами! Как ваше имя?

А этот мистер тем часом стоял с театрально протянутыми руками и улыбался.

– Ладно, Мыкола, – деловито сказала леди, – если ты все доложил, я поеду, мне некогда…

И пошла было к машине, но американец с переводчиком загородили дорогу. Охрана вмиг куда-то исчезла, а Волков припоздал и суетился сзади.

– Езжай, езжай, – бормотал он. – Я тоже сейчас… Догоню тебя…

– Я потрясен! – восклицал переводчик гундосым, как в кино, голосом. – Я очарован вами, леди. Меня зовут Джон! Джон Странг. Я вас хочу!

– А не боишься, хотелку отобью? – вполне миролюбиво спросила Оксана и открыла дверцу.

 – Ну, такие простые, я не могу!

– Я вас хочу пригласить в баню! – поправился переводчик. – Русская баня, это прекрасно. Но еще прекраснее русская леди.

– Мы с тобой в другой раз попаримся, – язвительно пообещала она и села в машину. – Отдыхай пока, мистер…"

"И тут же пожалела, ибо шутка оказалась не понятой даже переводчиком. Настойчивый американец сунул голову в салон, как недавно охранник, и заговорил о чем-то страстно и горячо. От него почему-то пахло формалином, а так он был ничего, симпатичный, веселый и даже шальной.

– Убирай башку, а то прищемлю, – благосклонно предупредила Оксана и, сняв березовый лист с его шеи, прилепила на лоб. – Давай-давай! Гуд бай, Америка!

А того понесло!

– Ты классная телка! – загундосил переводчик, пытаясь тоже сунуть голову внутрь, и не исключено, порол отсебятину. – С тобой здорово будет трахаться! Когда мы встретимся еще раз? Я долго не выдержу! Я уже сейчас хочу твою маленькую киску.

– Ну ты и козлина! – Оксана включила стеклоподъемник. – Может, прокатимся? На буксире?

Американец успел выхватить голову в последний момент и все равно шаркнул ухом о стекло.

Оксана резко дала задний ход, круто развернулась, заставив Волкова отскочить, и неспешно поехала в сторону Братково.

Наглость американца ее не возмущала, поскольку Оксана была уже в том возрасте, когда и грубость казалась в удовольствие, правда тщательно скрываемое. Ее больше раздражали ни к чему не способные и краснеющие от смущения тихони, в которых она угадывала скрытую нудность характера и эгоизм.