Потом Стефания пришла в себя от боли и успела заметить бетонную полосу дороги, убегающую назад со страшной скоростью. Ее почти оглушили автомобильные гудки, вой сирены. Машина «скорой помощи» мчалась, расчищая себе дорогу сигналами сирены.

Стефания почувствовала чье-то прикосновение. Мужской голос предупредил:

— Осторожней!

Она услышала шорох резиновых колесиков, ее подняли на больничную каталку. Девушка уловила запах эфира, открыла глаза и увидела двигающиеся белые стены. Затем бьющий в глаза свет, ловкие пальцы, ощупывающие ее тело... Снова боль, мужской голос, шуршание накрахмаленных халатов, укол... Дышать стало трудно, она попробовала освободиться от чего-то на лице, что душило ее. Голос сестры произнес:

— Лежите спокойно. Дышите глубже.

Глубокий, глубокий вдох...

Глава 4

Орти смотрела на золотистые волосы Стефании, рассыпавшиеся по подушке.

— Да, в недурной переделке ты побывала!

Стефания улыбнулась.

— Я это чувствую. Все болит.

— Счастье еще, что ничего не сломано. Несколько здоровенных синяков и царапины на ногах. Плечо чуть порезано, но это пустяки.

— Как думаешь, швы останутся?

— Чепуха! Если останутся, то там, где их не видно.

— О господи! — простонала Стефания.— У меня во рту, как в гостиничном номере после попойки. Что, собственно, случилось?

— Ты влипла в неприятную историю,— коротко ответила Орти.

— Сама знаю. Приехала сюда, чтобы найти работу, и вот, извольте радоваться... Как ты думаешь, надолго это, Орти? Скажи откровенно.

Орти было около тридцати, и весила она сто пятьдесят фунтов. Ее фигура, однако, отнюдь не казалась безобразной: пышные формы, радующие мужской глаз. Все ее добродушие отражалось в глазах, а в уголках губ всегда дрожала улыбка. Широта взглядов и природный юмор позволяли ей находить смешное в самых неожиданных обстоятельствах. Ее трудно было обидеть, разозлить, вывести из себя. Она смотрела на жизнь просто, не ограничивала себя ни в чем, ела, что и когда хотела, не беспокоясь о последствиях.

«Знаю, что мужчины любят худеньких,— говорила она.— Только еще больше они любят женщин с хорошим характером, даже если у них все в подушках, как у меня. А поесть я люблю и не собираюсь от этого отказываться». У Орти никогда не было недостатка в поклонниках. Она нравилась мужчинам, и это заставляло многих женщин пожимать плечами и поджимать губы.

— Ну так как же, Орти? — вновь спросила Стефания.— Надолго я здесь застряну?

Та взглянула на подругу. Улыбка еще дрожала в уголках ее губ, но глаза слегка затуманились.

— Ты, должно быть, была хороша! — сказала она.

— Что ты имеешь в виду?

— — Я имею в виду, что была, наверное, здорово навеселе, если решила угнать машину.