А теперь совершенно неожиданный итог безумной ночи: признание Стива Картериса в любви.

Однако я сознавала: сейчас самым важным было то, что Элейн находилась в доме Хаднаттов, возможно, одна. И это после шока от прошедшей ночи! Нужно было немедленно идти к ней.

Я подошла к двери своей комнаты и обратила внимание, что она приоткрыта. Но я хорошо помнила, что, уходя, заперла дверь. Не задерживаясь, я перешагнула через порог, механически протянула руку к выключателю и замерла, увидев смутную тень на фоне окна. В комнате кто-то был.

Видимо, я дошла до такого состояния, что не могла нормально реагировать на такие неожиданности, поэтому, похолодев, просто стояла неподвижно у порога.

Когда мои глаза привыкли к темноте, я разглядела, что человек склонился над моей кроватью, стоя спиной ко мне. Он должен был слышать, как я вошла, однако даже не пошевелился. Я тоже выжидала, что будет дальше.

Вдруг человек повернулся и шагнул ко мне."

"Даже теперь я ничего не чувствовала. Не спеша нажала на выключатель — комнату залил свет.

Передо мной стоял лейтенант Трент.

Увидев его, я разразилась идиотским смехом. Трент подошел ко мне и резко схватил за руку.

— Прекратите, Ли!

Я поняла, что у меня началась истерика. А сообразив это, устыдилась и, сделав над собой усилие, прекратила смеяться.

Трент заговорил извиняющимся тоном:

— Какой же я глупец! Совсем забыл, как все это было тяжело для вас. Вам нужно немедленно лечь в постель.

— Да нет же, я в порядке.

— Вы меня слышите? Вам необходимо отдохнуть.

Но я заупрямилась:

— Я в порядке, и не надо обо мне беспокоиться. Сейчас отправлюсь в дом Хаднаттов и буду возле Элейн. Ей нельзя оставаться одной.

Но прежде чем я успела что-либо сообразить, Трент обнял меня за плечи, а я уткнулась носом ему в плечо и расплакалась. Он подвел меня к кровати, отодвинул в сторону серую шубку и стал ласково гладить по голове.

— Бедняжка, вам сегодня досталось — столько переживаний за один день! Понимаю, для вас все это было особенно тяжело. Вы же волновались сразу за нескольких!

Постепенно я успокоилась.

— Ну что вы такое говорите! Разве можно сравнить мои переживания с волнениями и горем Пенелопы, Роберта или Джерри?  '

Мне удалось достать носовой платок, и я стала вытирать слезы, засыпая лейтенанта вопросами.

— Вы серьезно говорили о невиновности Роберта? Все это было чьим-то мерзким планом? Несмотря на все факты, он действительно не убивал Грейс?

Лейтенант улыбнулся.

— Хватит вопросов на сегодня, Ли.

— Но мне необходимо знать правду. Так скверно, когда в потемках все время ломаешь себе голову! От этих дум я не засну сегодня, не смогу. А вообще-то я в порядке.

— О’кей, Ли Ловеринг. Тогда я дам вам работу. Не думаю, что Роберт Хаднатт виновен в смерти Грейс Хау, и почти наверняка знаю, чьих это рук дело.