Я читала это письмо сегодня утром — оно не имеет никакого отношения к данному делу. Грейс просто написала ему об одной девушке, которая не нравилась ей, но нравилась Джерри. Она сделала в письме несколько ядовитых замечаний о ней. Поэтому Джерри и не хочет говорить.

— Как зовут эту девушку?

Джерри вскинул голову.

— Вам вовсе не требуется знать ее имя!

—  Но мне хочется выяснить, почему ваша сестра именно вчера решила написать вам об этой девушке.

Джерри задумался, и снова заговорила я:

—  У нее были основания предполагать вчера вечером, что Джерри влюбился в эту девушку, и она считала, что та не любит его.

Грейс была страшно привязана к Джерри, к тому же сама была несчастлива в любви. Она не хотела, чтобы он страдал так же сильно, как она.

Все это я произнесла не переводя дыхания, не задумываясь над каждой фразой, и лишь потом сообразила, как резко я говорю о Грейс.

Лейтенант Трент поочередно посмотрел на нас обоих.

—  Таким образом, Грейс намекнула, что у нее был неудачный роман, заставивший ее страдать. Полагаю, никто из вас не знает, кого она имела в виду?

Джерри покачал головой, а я спросила:

— Может, морского офицера?

—  Или доктора Хаднатта? — в тон мне добавил лейтенант Трент.

Или Стивена Каргериса?

Я с тревогой подумала, что было у Трента на уме, но он, ничего не уточняя, встал и направился к двери.

— И снова, мистер Хау, хочу повторить, что искренне сочувствую вам. До свидания.

И поскольку я не пошевелилась, добавил:

—  Мне хочется, чтобы вы поехали со мной, мисс Ловеринг.

Я успела только улыбнуться Джерри и заметить его слабую, усталую ответную улыбку.

Глава 9

Я была совершенно измучена, когда лейтенант поставил свою машину во дворе колледжа.

На кампус опустился вечер. Мы стояли под кронами высоких деревьев. Трент закурил сигарету и посмотрел на меня при свете зажженной спички.

—  Трудный денек выдался для вас, не так ли? Так уж повезло... Но если вас это не смущает, вы можете стать неоценимым моим союзником.

— Союзником?

Эта перспектива страшно смутила меня, так как я уже вступила в союз с Мерсией и Хаднаттами против него. И я почти не сомневалась, что ему об этом известно."

"—  Я не прошу вас копаться в чужом грязном белье или шпионить за друзьями.

.. Я только прошу вас держать глаза открытыми, широко открытыми.

—  Хорошо, я буду держать глаза открытыми,— согласилась я и опрометчиво добавила: — Но вы ведь не предполагаете, что кто-то здесь, в Вентворте, убил Г рейс?

—  У полицейских весьма нестандартное мышление, Ли Ловеринг, и хороший полицейский держит свои мысли при себе.

Он вынул из кармана небольшую записную книжку.

—  Когда я работаю над делом, то всегда пользуюсь такой записной книжечкой.