Выхожу под палящее солнце и попадаю прямо в «кольцо»: у входа меня стерегут парни, причём полным составом. На Лёху смотреть было жалко: не парень — бледная тень от прежнего Шастинского. Но сейчас он хотя бы твёрдо стоял на ногах.

Мы все вместе едем ко мне — думать, как исправить ситуацию; в то, что я не виноват, поверили и родители, когда научились слушать. На моё счастье решение проблемы пришло быстро: мы поехали в этот злосчастный клуб и направились прямиком к его владельцу. Предоставлять видео с камер наблюдения тот «вежливо» отказался, но отец пообещал ему годовой абонемент на бесплатное обслуживание тачки, если тот согласится.

И тот не подвёл, да и вообще оказался мужиком что надо.

Спускаемся в кабинет к начальнику охраны, и тот прокручивает нам плёнку до того момента, где незнакомка — а имён друг другу мы так и не назвали — подхватывает меня за руку, и мы, пошатываясь, шагаем куда-то в сторону туалетов. Того, что было дальше, никто никогда не узнает, но это и не было суть важно: того, что девчонка пошла добровольно, вполне хватит для очистки моей совести и доброго имени.

Я уже собирался было отвернуться, когда на экране показалось ещё одно знакомое действующее лицо: сметая всё и всех на своём пути, в сторону туалетов устремляется тот самый парень, к которому в участке прижималась девушка.

Рука инстинктивно потянулась к гематоме на скуле: ах ты сукин сын, вот откуда она взялась!

Ещё примерно через пару минут он вновь появляется на камерах, в этот раз волоча девушку за руку за собой; ещё через полчаса на камерах появляюсь и я — ушатанный в прямом смысле этого слова. Вот ко мне подходят мои парни, которые пили гораздо меньше, чем увлёкшийся этим делом я; Макс закидывает мою руку на своё плечо и тащит меня на выход на буксире.

Занавес.

Тихо охреневая от увиденного, получаю на руки копию видеозаписи, и мы расходимся по домам, договорившись встретиться завтра.

Наша следующая встреча с клубной незнакомкой состоялась на следующий же день: я приехал в отделение, заявив, что у меня есть доказательства моей непричастности, и попросил вызвать эту стерву сюда. Она приехала через сорок минут — в компании всё того же героя, подпортившего мой фасад."

"— Иди-ка сюда, — подзываю её к себе, и девчонка бледнеет. — Надо поговорить.

Её верный Цербер порывается пойти следом, но по выражению моего лица девушка понимает, что третьему лицу в нашем разговоре не место, и просит его подождать её снаружи.

Чертовски верное решение, детка.

Недобро зыркнув в мою сторону на прощание, парень удаляется; девушка настороженно подходит ко мне.

С довольной рожей машу перед её носом коробочкой с диском.

— Знаешь, что это?

— Что? — неуверенно спрашивает она.