Тогда моя семья жила в поместье в часе езды от резиденции Конрадов. Однако Их Величество Стефан дал добро на мой отъезд в другой конец страны. Толку от меня, как от Светоча, на тот момент было немного.

Мой супруг Говард смертельно болел, Дэвид родился слабеньким. Врачи предупредили правителя, что, запертая в бездействии, в состоянии постоянной тревоги, я стала быстро терять силы. Считалось, что рождение сына излечит меня от затяжной депрессии, — но раз и этого не произошло, что за бестолковая эта урожденная Бланш… — меня милостиво отпустили поднимать курортные территории. И заодно — заботиться о девицах, которые плохо управлялись со своей магией, а также крошках, еще не освоивших ее азы.

И этот план сработал. Светоч раскрылся снова. Более того, в окружении девочек, желающих впитать как можно больше, мои силы как будто умножились. Я не сумела спасти мужа, но подняла Дэвида. Обеспечила четыре по-настоящему сильных выпуска (через пять лет мы стали набирать девочек в старшие классы) и помогла реализоваться сотням юных магичек.

Случались и неудачи. Такие как с Лидией. До сих пор переживала, что проявила мягкость и до последнего старалась оставить ученицу в Гретхеме. Плохой из меня селекционер, но, как утверждали, отличный Светоч — то есть мощный отдающий маг. Один на несколько тысяч.

Число отдыхающих на минеральных курортах от Соттелсби до Латрока росло вместе с моей славой. Люди верили, что даже в паре десятков километров от Гретхема я делюсь силой с водой, землей и воздухом. Все чаще приезжали на лечение из других стран.

Однако в столице, в частности, при дворе, Светоча на замену мне так и не нашли. Несколько потенциальных отдающих не сумели войти в полную силу. Конечно, я понимала, что рано или поздно может случиться такое, что меня попросят — или, скорее, прикажут — вернуться.

Неудивительно, что версию Летиции разделяли все пять преподавательниц, собравшихся в зале для спектаклей.

— И все равно, зачем вынуждать Родерика произносить всю эту жуть перед репортерами? — вздохнула я. — Я могла бы иногда ездить ко двору. Например, на время каникул… Я нужна в Гретхеме. Мы только что отстроили оранжерею. Ввели целительство как отдельное направление.

— Вот за тем, что опозоренная, вы, леди Оливия, поспешите покинуть школу по собственной воле. Чтобы спасти свое детище. А там уже можно будет и договариваться, — закатила глаза миссис Браун.

Заявление князя перепечатали все ведущие газеты. Скандал получился грандиозным. Его обвиняли чуть ли не в попытке захватить власть — после того, как он усилится с моей помощью. Однако внятного ответа, зачем самому уважаемому человеку в королевстве бросаться такими обещаниями в адрес самой уважаемой магички, никто так и не нашел.