Родерик держал свою тьму крепко. Услышав про лудинику, конечно, чуть не выпустил. И тогда бы Оливия тут же бросилась бы на помощь, изливать в него свою магию. С откровениями на сегодня было бы покончено.

Возможно, это жестоко, но лучше момента, сразу после нападения Санти, и не придумаешь. Лив не в себе, чувства стремятся наружу. Блоки, наоборот, еле держатся.

— Ты даже не представляешь, что я к тебе испытываю, Нахаленка. Но мы это исправим, — пообещал он, целуя ее затылок. — Продолжаем?

Она едва ощутимо кивнула в знак согласия.

— Смотри, сейчас я не задаю вопрос. Я констатирую. Описываю. Не реагируй. Ясно?

Еще один короткий кивок.

— Когда мы познакомили Ангелину и Дэвида, я впервые за десять лет увидел твоего мальчугана. В этом возрасте скрывать родовую магию крайне сложно. А между представителями одной семьи — невозможно. Он Конрад, причем с семейным клеймом. Не представляю, когда матушка успела его поставить, но больше некому. Такое стояло у меня и у Стефа. У трех сыновей Стефа оно тоже есть. Младшему я, например, ставил лично.

Девушка в его объятиях перестала шевелиться и даже дышать. Блок давил на нее с такой силой, что его руки похолодели вслед за ее. Кто же в Фересии умудрился поставить такой тяжелый запрет? Стефан не смог бы в одиночку.

— Любимая, никаких эмоций, пожалуйста. Это важно. Твой сын — претендент на трон Фересии. Ты же помнишь, какая у нас запутанная балльная система выбора наследника… Судя по тому, что я видел, у него очень хорошие шансы. У него разрушение, как у нас с братом. Эта магия пока не передалась никому из моих племянников.

Оливия встрепенулась и попробовала что-то сказать:

— Но почему? Как? Он чрезвычайно спокойный, особенно в раннем детстве. Я была уверена, что он Светоч…

— Ты и не пытаешься выдать его за сына Клемента, — вздохнул князь. — Меня волнует другое. Кто из нас двоих его отец… Вроде бы ответ очевиден, но после фокусов с дурман-травой и ментального насилия, кто поручится, что я помню все, как оно было на самом деле?

— Я была бы рада, но я…, — она всхлипнула и два раза сжала его руку.

Два блока. Сразу две печати. Как она это пережила… А он еще считал, что защитил ее вполне надежно.

— Это еще не все, Лив. Так уж получилось, что я подслушал Санти…

— Я знаю причину отката Стефана, — перебила его Оливия. Похоже, факты, не касавшиеся Дейва напрямую, давались ей проще. — После того бала, где я вынудила тебя сделать предложение, он забрал у меня весь ресурс разом. Другому бы хватило на всю жизнь, но Его Величеству… Сейчас у него дичайшая потребность восполнить запас.

Глава 28

Родерик: лицом в прошлое

Оливия замолчала. Она делала глубокие, но довольно редкие вдохи, а князь стискивал ее руки.

— Это первый блок. Он поставил его сразу… как все случилось.